— Да, но кто же такой бич? — спросила Донья и залпом выпила свое вино.

— Это… «Ну хорошо, я скажу им. Мне кажется, в ее присутствии он не позволит этим своим парням прикончить меня». — Это честный рабочий, который время от времени переезжает с места на место. — Джоссерек чувствовал, как спадает напряжение, и улыбнулся девушке. — Не всегда соблюдающий закон. Среди бесчисленного множества малоразумных маленьких народов Океании слишком много разных глупых законщиков, и все они требуют их соблюдения. Но у нас есть свой свод законов. Кроме того, мы гордимся своим профессиональным мастерством. Нет, мы вообще-то не имеет ни какой организации или что-нибудь подобное. У нас есть король, свои церемонии, ежегодные собрания, хотя никто не регистрирует членство, не призывает вступать в наши ряды, ничего из подобной чепухи.

Просто идет молва. Каждый вскоре узнает, кто настоящий бич, а кто нет.

— Никогда прежде я не слышала ничего подобного о юге, — заметила Донья.

Подали черепаший суп.

Она не кокетничала, когда прикрыла глаза, слушая рассказ Джоссерека. Ее просто и естественно интересовал его мир. Его удивило, как много она уже знает о нем. Но это было книжное знание. Он был первым из Морского Народа, с кем она встретилась лицом к лицу.

Если его догадка верна, он сможет завоевать ее доверие. Касиру был только средством на пути к этому.

«Но опасным средством. Его тоже следовало привлечь на свою сторону, заинтересовать, сделать союзником. Особенно поскольку я все еще не знаю наверняка, почему Донья оказалась в его доме в качестве гостьи».

На его вопрос Донья ответила:

— Мы с ним старые друзья. Я приехала сюда, чтобы узнать, чего я теперь могу ожидать, когда Рахид захватил Арваннет. — И все. У северян немногословие не считалось излишеством.

Неожиданно для себя Джоссерек начал рассказывать о своей жизни, и лишь в отдельных местах ему приходилось немного привирать.

Он был сыном дочери владельца таверны, расположенной в районе доков в Ичинге — результат связи между нею и отпрыском благородного семейства.

— У нас в Киллимарейче — ограниченная монархия. Она руководит Советом Старейшин, куда входят земельные магнаты и капиталисты, а также Совещательным Советом, который выбирается племенами, хотя в наши дни принадлежность к какому-нибудь племени не имеет почти никакого значения.

Его родители могли пожениться, но конкуренция разорила ее отца, и он умер в результате несчастного случая, когда пытался найти работу на берегу. Джоссерек воспитывался матерью и дедушкой. Ему всегда нравился этот крепкий практичный старик, но с появившимся отчимом он так и не сошелся, отчего оказался в уличных бандах. Через много лет — уже после того, как был осужден и удачно бежал и пересек чуть ли не четверть всего земного шара — он вернулся в ту таверну. Дед к тому времени уже умер. Он пробыл там совсем немного и больше не появлялся.

— А разве тебя, беглого каторжника, не разыскивали? — спросил Касиру.

— Я помог одному влиятельному лицу, и он добился для меня прощения, — ответил Джоссерек. — Но, может быть, достаточно говорить только обо мне?

— Ваша речь совсем не похожа на ту, что должна была бы у вас быть в результате таких ваших похождений — слишком уж она образованная, — заметил Касиру.

— Вы бы удивились, узнав, сколько свободного времени может быть у солдата судьбы, чтобы читать, размышлять или слушать интеллигентных людей, если он того хочет. Вот, например, леди Донья. Мне бы хотелось послушать ее.

— Как-нибудь в другой раз, — сказала она и на несколько секунд задумалась.