В этот момент в ней проснулось смутно знакомое чувство. То самое, которое она испытала в детстве, когда, вернувшись из школы в первый учебный день после летних каникул, увидела мать, сжимающую в руке Пончика… Образы жалобно пищавшей птички и ее сына Такэси слились воедино. И тогда Наоми приняла решение. Она замыслила… убить своего мужа.

* * *

– Завтра я пойду на гору К, заночую на восьмой станции. Собери мне рюкзак в дорогу, – сказал Миура жене вечером 19 сентября 1992 года.

Как только Наоми услышала эти слова, в ее голове родился план.

Исаму Кумаи

8 мая 2015 года

Больница в Токио

– Рана почти затянулось. Нагноения тоже нет, такими темпами где-то на следующей неделе мы сможем вас выписать, – нараспев сказала медсестра гнусавым голосом, фиксируя бинт специальными зажимами. – Кстати, господин Кумаи! Сегодня в вашу палату положат нового пациента. Постарайтесь с ним подружиться! – С этими словами девушка выпорхнула из палаты.

«Постарайтесь с ним подружиться?.. Мы тут что, в детском саду, что ли…» Кумаи поднял глаза на набивший оскомину белый потолок. Прошло две недели с тех пор, как его положили в больницу. Пока он соблюдал постельный режим, рана в животе совсем его не беспокоила. Он не мог поверить, что все еще жив.

Тем вечером две недели назад, нажимая на дверной звонок квартиры Наоми Конно, Кумаи готовился умереть. Вообще, если бы женщина нанесла ему удар прямо в сердце, его бы не спасли. Но как бы то ни было Кумаи удалось выжить.

Он закрыл глаза и в который раз погрузился в воспоминания. Сначала перед его мысленным взором возникло лицо дедушки Сюнскэ Иваты, с которым он встретился на похоронах парня. От пережитого горя пожилой мужчина, вынужденный хоронить собственного внука, осунулся и исхудал. «Ваш внук погиб по моей вине». «Я не должен был обсуждать с ним то дело». «Я зря посоветовал ему съездить в родную школу». Все это Кумаи так и не решился ему сказать. Жалкий трус… В этот момент он был противен самому себе.

* * *

Ивата погиб при точно таких же обстоятельствах, что и Миура. Полиция заключила, что оба убийства – дело рук одного и того же человека. Пока шло расследование, один из ключевых свидетелей по делу Миуры, Нобуо Тоёкава, покончил с собой, оставив напечатанную на текстовом процессоре предсмертную записку, в которой каялся в содеянных преступлениях. Следствие прекратили ввиду смерти подозреваемого. Ниже приведены результаты полицейского расследования.

В сентября 1995 года Ивата посетил родную школу, встретился с Юки Камэйдо и поинтересовался у нее, где на данный момент проживает Нобуо Тоёкава. Та точно не знала, куда он переехал, поэтому на следующий день пошла в гости к Наоми Конно, которая поддерживала связь с Тоёкавой, и попыталась выяснить адрес у нее. Но Наоми он тоже не был известен. Поскольку у женщины имелся номер Тоёкавы, она решила позвонить с этим вопросом ему самому. В разговоре Наоми упомянула: «Некий молодой человек по фамилии Ивата расследует обстоятельства смерти Ёсихару. Он вроде собирается подняться на гору К в годовщину его смерти». Узнав об этом, Тоёкава испугался, что преступление будет раскрыто, и решил избавиться от Иваты. В день, когда юноша поднялся на гору К, Тоёкава убил его точно так же, как до этого Миуру, на том же самом месте. Позднее, не справившись с грузом вины за содеянное, совершил самоубийство.

Действительно, звучит убедительно. Кумаи и сам раньше подозревал Тоёкаву. Но его кое-что смущало в этой версии. Почему Тоёкава напечатал предсмертную записку на текстовом процессоре? Как сообщала полиция, дома у Тоёкавы был обнаружен совсем новый текстовой процессор. Выходит, он купил его специально для того, чтобы напечатать предсмертное послание. Разве это не странно? К чему такие сложности, если можно просто взять ручку и лист бумаги…

Тогда Кумаи задумался.