– Несса, неужели эта девчонка с гор так тебе нравится, что ты готова умереть за нее? – проорал Уиллит.

– Я поняла, что ошибалась! – напустив на себя храбрый вид, крикнула Несса.

На мгновение бандиты в замешательстве замолчали, потом из Грецкого Ореха послышалось бормотание:

– Что это значит? Она за нас или против?

– Я с ней! – выкрикнула Несса во всю мочь.

– Это неразумно! – завопил Уиллит. – Девчонка Элкин нужна нам живой, а вот застрелить тебя мне ничто не мешает.

Несса в ужасе со стоном стукнулась лбом о камень.

– Что же ты, маленькая ведьма, – не унимался Уиллит. – Разве мало по твоей милости погибло людей? Неужели нужны еще жертвы? Это бессовестно!

Дрожа всем телом, Клевер сжала руку Нессы.

– Я никого не убивала! Это ты убийца!

– Мне не нужен был твой отец, – возразил Уиллит. – Ты и сама это знаешь, верно? И он по сей день был бы жив, если бы ты хорошо себя вела.

Клевер затрясла головой, только бы не слышать его слова. Она отчаянно искала что-нибудь, что могло бы помочь, но вокруг валялись лишь каменные обломки.

– Мы считаем до трех, а потом начнем палить, – предупредил Гриб. – Держу пари, твоя змеюка не заговорена от пуль.

– Раз, – крикнул Уиллит.

Сюзанна сумела подняться на ноги, но закачалась и устояла с трудом. Кукла выглядела так, словно ее пропустили через мясорубку – с одним глазом, скособоченная, из разрывов торчала шерсть. Клевер приоткрыла саквояж, и Сюзанна с несчастным видом забралась в него.

– Два! – крикнул Гриб.

– Они нас убьют, – глаза Нессы были полны ужаса. Однако, взглянув Клевер в глаза, она вдруг улыбнулась. – А что, неплохая бы вышла опера. Трагическая красота!

– А дальше будет «три», – предупредил Уиллит. – Держитесь, детишки.

Бандиты приближались, и тут Клевер вспомнила о Спичках. Вытащив коробок из кармана, она успела вынуть Спичку как раз в тот момент, когда Уиллит и Гриб выскочили навстречу с ружьями наперевес. Первый выстрел Гриба попал в скалу за их спинами, и, хотя в лицо Клевер ударил столб пыли, она не выронила Спичку и чиркнула ею о подошву, готовясь исчезнуть. Но она никуда не исчезла.

Все замерло.

Уиллит и Гриб застыли на бегу, как статуи. Воздух стал пугающе холодным. Никто и ничто не двигалось – Сюзанна, Несса, все замерли. Гриб, застывший под немыслимым углом, опирался на одну ногу. Даже осколки разбитого выстрелом камня висели в воздухе, словно вмороженные в лед. Только Спичка продолжала гореть, пламя постепенно пожирало сосновую щепочку.

Только теперь Клевер поняла, как работает эта диковина. Спички никуда не переносили того, кто ими пользовался, они просто давали время убежать. У Клевер вырвался испуганный смешок. Когда-то она думала, что именно так могут действовать Часы. Время остановилось, хотя и всего на несколько мгновений. Но и этого могло хватить, и это давало надежду.

Но Клевер не знала, куда бежать. Медленно, но верно огонек подбирался к ее пальцам, девочка упускала шанс. Она бросилась к браконьерам и, не раздумывая, схватилась за стволы их ружей, нацеленных на Сюзанну и Пресноводную гадюку. Что было сил она потянула, но ружья не шелохнулись. Они замерли в неподвижности, как и весь остальной мир – приросли к месту, как неправильно заживленный сустав.

Выскользнув из пальцев Клевер, догорающая Спичка упала на землю и погасла. Девочка всем весом повисла на стволах, и когда реальность вернулась в движение, ружья под ее тяжестью опустились, и дробовик Уиллита проделал дыру в земле у ее ног. Раскаленные ружейные стволы обожгли Клевер руки, ладони пронзила острая боль.