– Не уходите!

– Не бойся. Мы скоро снова встретимся. Я в этом уверен, – бросил Ганнибал через плечо. – Я постараюсь дать тебе время, необходимое для принятия разумного решения.

Ганнибал неторопливо вошел под сень деревьев и исчез во тьме.

Клевер лежала у огня, полная тревоги. Она беспокоилась из-за браконьеров, которые могли подкрасться к ней в этой непроглядной ночной темноте. Волновалась, что Ганнибал мог оказаться прав и ей так никогда и не узнать, кто она такая и почему стала такой. Потом она потрогала семена одуванчика в висящей у нее на шее пробирке и вспомнила лицо миссис Уошу, освещенное любовью, когда та держала свою новорожденную дочь. Неужели когда-то и Минивер держала ее так же? Ей захотелось, чтобы рядом появился призрак ее отца. Чтобы он негромко сказал ей что-нибудь или сделал замечание. Велел бы задуть лампу, чтобы попусту не тратить масло.

Вместо этого она услышала странный, похожий на стрекотание сверчка, голос, который донесся из ее мешка.

– Подлая старая птица, – сказала Сюзанна.

Глава 13. Всякий хлам

Клевер уставилась на мешок.

– Ты умеешь говорить!

– Разговоры – барахло, – сказала Сюзанна.

– У меня столько вопросов, – Клевер бережно достала Куклу из заплечного мешка. В тусклом свете она увидела, что шов, которым был вышит рот Сюзанны, слегка разошелся – разомкнув губы. Из этой крохотной дырочки и раздавался голосок, хрипловатый, как у простуженного ребенка.

– Вопросы барахло, – Сюзанна раздраженно скрестила руки на груди.

– Но я еще их не задала.

– Барахло!

Клевер поймала себя на том, что ворчливая Кукла ей все больше нравится.

– Позволь, я все же спрошу, – улыбнулась она. – Ты хочешь, чтобы я вернула тебя мистеру Агату?

– Старая вонючая сигарная коробка.

– Тебе понравилось спать в моем мешке? Я хотела спросить – ты не скучаешь по дому?

– Дом не нужен.

– А откуда ты?

– От старой госпожи Штопальщицы.

– Тебя смастерила Штопальщица? – поразилась Клевер. – Но она же создает ужасных гнусов. Ты не похожа на обрывки шкур и проволоки.

– Я сильнее их на много стежков, – отозвалась Сюзанна, гордо подняв руки и покрутившись.

– Не понимаю, – недоумевала Клевер. – Ты не имеешь ничего общего с этими противными уродцами.

– Я первая, лучшая, – заявила Сюзанна. – До хлама. Старая госпожа меня делает таскать мешки, и дрова, и камни. Расчищать развалины. Копать под развалинами, глубоко. Делать комнаты, дом в горе. Потом старая госпожа Штопальщица хотеть больше.

– Больше Кукол?

– Она хотеть несущих зубы и шепчущих барахло. Она пробовать украсть мои нитки и делать барахло.

Клевер вспомнила голубые нитки на шее гнуса-Белки и поняла, какая здесь связь.

– Она хотела вынуть из тебя нитки, чтобы делать гнусов?

– Поэтому я уйти из дома в горе. Не надо дома. Вонючая старая дыра.

– Это ужасно, – вздохнула Клевер. – Но как же она делает гнусов без твоей нити?

– Всякий хлам. Шептать хватает только на один стежок. Не сильные. Я сильнее на много стежков. Показать?

– Я уже видела твою силу.

– Не боюсь.

– Я верю тебе, Сюзанна. Думаю, теперь я кое-что поняла.

Сюзанна забралась обратно в мешок.

Клевер погасила лампу.