— Ну на-адо же, — протянула она.

— Просто пойди и возьми рубашки, ладно?

— Почему бы тебе самому не сходить? Это же твои рубашки. И твой шкаф.

Я вмешался прежде, чем Расти смог ответить и, скорее всего, только усугубить положение.

— Нам не хотелось бы попадаться на глаза карточному клубу, понимаешь? — передернув плечами, я оглядел себя. — Без футболок? Это было бы несколько неловко.

Кивнув и покраснев, она уставилась на мой голый торс.

— Шевелись, Битс! У нас мало времени.

— Оставь ее в покое, — одернул я Расти. — Она не обязана нам помогать, если не хочет.

— Я принесу вам рубашки, — сказала она мне.

— Спасибо.

— Не за что. Сколько вам нужно?

— Двадцать восемь! Ты что, идиотка? — сказал Расти.

— Двух вполне достаточно, — ответил ей я.

— А как же Слим? — спросила Битси.

От этого внезапного напоминания у меня все сжалось внутри. Стараясь не подавать виду, я спросил:

— А что Слим?

— Ей не нужна рубашка?

— Давай-ка спросим. — огрызнулся Расти, оглядываясь через плечо.

— Слим с нами нет.

— Почему?

Мы с Расти молчали слишком долго, стараясь придумать ответ, и Битси забеспокоилась:

— С ней все в порядке?

— Конечно, все нормально, — ответил Расти.

— Нет, не нормально, — сказала Битси и посмотрела на меня: — С ней что-то случилось, да?

Учитывая то, как Битси относилась ко мне, можно было ожидать, что она станет ревновать к Слим. Ничего подобного. Вместо того, чтобы ненавидеть Слим, Битси ее боготворила. Я почти уверен, что она хотела быть Слим: милой, стройной и спортивной, умной и забавной — и проводить все время вместе со мной.

— Так где же она? — спросила Битси.

Я только пожал плечами.

— Она осталась дома заниматься стиркой, — ответил Расти.

Битси продолжала смотреть на меня. Очевидно, она не верила объяснению Расти. Она хотела получить ответ от меня.

— Почему бы тебе не принести нам рубашки? — предложил я с неожиданной для самого себя мягкостью в голосе. — Две рубашки. Мы подождем тебя на заднем дворе. И расскажем, что случилось со Слим.

— Ладно.

Когда Битси распахнула дверь в дом, до нас донесся шум, производимый дамами из карточного клуба. Створка захлопнулась и качнулась на петлях туда-сюда, впустив в кухню несколько клочков сигаретного дыма.

— Дерьмо, — пробормотал Расти. После этого он отрезал себе толстый ломоть «Вельвиты», завернул оставшийся кусок в упаковку и вернул сыр в холодильник. Придержав дверцу, он обратился ко мне:

— Еще сосиску?

Я помотал головой.

Он захлопнул дверцу, и мы оба вышли во двор, держа в руках сосиски и сыр. Спустившись по ступенькам, мы устроились за углом дома, чтобы доесть и подождать Битси.

— …тлично, п… осто замчательно, — прочавкал Расти, глотая буквы пополам с полупережеванной пищей.

— Не беспокойся, — успокоил его я.

Он проглотил и спросил:

— Зачем тебе вообще понадобилось говорить ей про поле Янкса?

— Порой мне трудно придумать, что соврать, — я пожал плечами.

— Вот уж точно.

— Ну извини. Но, по-моему, ты зря волнуешься из-за нее.

— Тебе легко говорить — она же не твоя сестра!

Сетчатая дверь распахнулась, и Битси вприпрыжку спустилась по лестнице.