Местные стражники помрачнели.

Хлыщ был в ужасе. Похоже, до него мгновенно дошло, как вся эта ситуация выглядит с точки зрения только что появившихся. К тому же слышавших последние Лайнины жалобы…

— Все было совсем не так! — взвизгнул он. — Мы просто играли! Я случайно!.. Я просто искал ее сестру!..

И осекся, покрываясь обморочной бледностью — похоже, понял, что ляпнул нечто, не слишком-то оправдательное.

Местные стражники помрачнели еще больше.

Квентий страдальчески закатил глаза к потолку, а потом посмотрел на Лайне. Очень неприятно так посмотрел, осуждающе и укоризненно. Лайне заморгала, втягивая голову в плечи — ей сделалось стыдно. Как бы ни был противен ей этот шемитский хлыщ, но она вовсе не желала ему мучительной смерти, да к тому же за то, чего он, вполне возможно, вовсе и не собирался совершать. Даже с Атенаис. Надо было как-то спасать положение — и быстро, потому что местные стражники уже начали потихоньку окружать несчастного хлыща, от их угрожающих маневров впавшего в состояние полнейшей невменяемости.

Она дернула одного из стражников за штанину и, когда тот обернулся в ее сторону, доверительно ему сообщила:

— Вот-вот! Пусть дядя Зиллах его накажет! Он жадный! Сначала подарил — а потом отбирает!!! — Она повертела перед самым носом оторопевшего стражника крупной брошкой, краем глаза отмечая, что теперь на нее смотрят уже все. — Я только-только ее в рот засунула, а он сразу отбирать кинулся. Ну, я и заорала. Скажите ему, чтобы больше не отбирал!

— В рот? — переспросил стражник, окончательно дурея. Квентий опять возвел глаза к потолку и что-то пробормотал. Счастливчик — ему ругаться не запрещали!

— Пусть госпожа простит мне мою дерзость, но драгоценности существуют не для того, чтобы их есть!

Стражник — просто лапочка! Даже растолкуй ему Лайне заранее, что и когда говорить надо — и то бы лучше не справился. Она заговорщицки поманила его пальчиком, словно собираясь только ему одному сообщить что-то на ухо по очень большому секрету. А когда он, хмурый и заинтересованный, слегка нагнулся — выпалила громким шепотом, слышным даже в коридоре:

— Видишь камешки? Они на винные ягоды похожи! Я хотела попробовать — а вдруг вкусные?!

Может, остальные стражники даже и после этих ее слов так бы ничего и не поняли, ослепленные тем, что принимали они за истинную картину происшедшего. Но Квентий — умница, не зря его папа так ценит, подыграл сразу же. Кому достаточно — намекнул, а кому намеков не хватает — растолковал поподробнее, на ушко.

Правда, после такого растолкования поглядывать на Лайне стали несколько странновато, но от хлыща отвязались. Интересно, что им Квентий там наболтал? Вряд ли, конечно, что-то слишком уж сильно порочащее королевское семейство, но все же… понимание Квентием долга начальника Малой королевской стражи иногда принимает очень странные формы.

Под конец из угла вытащили испуганную служанку, и она подтвердила, трясясь и икая, — да, так оно тут все и происходило. Хлыщ перевязал палец белоснежным платком с кружевами. Был он все еще бледен, но на ногах держался уже вполне устойчиво, на стражников поглядывал с видом оскорбленной в лучших чувствах добродетели. Стражники еще немного смущенно потоптались и ретировались.

Квентий задержался.

— Месьёр, — начал он неуверенно, бросая на Лайне быстрые настороженные взгляды, — может, вам стоило бы отдохнуть? Дети иногда бывают очень… утомительны.

Ну, это уж дудки!

Лайне не собиралась так просто лишаться своего единственного развлечения на сегодняшний день!

— Месьер совсем не устал! — заявила она решительно и сразу же заканючила, — Месьер со мной гулять пойдет, правда, месьер? Он мне брошку подарил! Вот! Только скажи ему, чтобы больше не отбирал!

— Вы бы с ней… того… поосторожнее.