– Здорово! Значит, этого несчастного Венедиктова дурят почем зря… и никакой управы на них не найти!

– Ну, это мы и раньше знали. Ведь описание несуществующей жены ему внушил Илья Семенович под гипнозом. – Тут Мария взглянула на часы и озабоченно проговорила: – Извини, мне пора. Нужно успеть на похороны.

– На похороны? – удивленно переспросила Надежда. – То-то я смотрю, ты в таком виде! Костюмчик этот серенький… Ох, извини! Прими мои соболезнования… А кто умер-то? Близкий человек?

– Не то чтобы близкий… Одноклассница. Мы с ней много лет не виделись, а тут позвонили, попросили прийти. Неудобно было отказаться, там почти никого не будет, она была сирота. Ну и, сама понимаешь, последний долг… Кстати, у тебя нет какого-нибудь черного шарфика?

– Найду… кажется с прошлого раза в сумке завалялся.

В этот момент зазвонил телефон.

– Это твой, – сказала Надежда, кивнув на сумку Марии.

– Нет, мой – вот…

– Но звонит в твоей сумке!

– Ой, это ведь тот телефон, который ты мне дала! – спохватилась Мария. – На который я скопировала телефон Венедиктова…

– Так это ему звонят! – всполошилась Надежда. – Включи скорее!

Мария торопливо вытащила из сумки аппарат, включила громкую связь, и тут же в динамике зазвучало хриплое карканье, в котором Надежда узнала голос страшного карлика из похоронного бюро «Тенистый уголок».

– Здравствуй, Кирилл. Получил посылку?

– Получил, – удивленно ответил Венедиктов. – Но я не понимаю…

– Поймешь! – прервал его собеседник. – Ты ведь не хочешь получить ее всю по частям?

– О чем вы говорите? И кто вы вообще такой? С кем я разговариваю?

– А вот это тебе знать ни к чему! Тебе нужно знать только одно: если ты не сделаешь то, что мы тебе велим, пришлем ее тебе по частям! По частям, понял?

– Нет, я как раз ничего не понял. И не хочу понимать. И если это какой-то розыгрыш, немедленно прекратите!

Венедиктов отключился, из трубки понеслись сигналы отбоя.

– Что это было? – Мария удивленно глядела на замолкший телефон.

– Палка в муравейнике.

– Какая палка? О чем ты?

– Знаешь, как мальчишки иногда сунут палку в муравейник, и там начинается страшная суета. Вот ты сейчас сунула палку в их муравейник, подменив палец на тюбик помады. Они надеялись напугать Венедиктова, а он только удивился. Потому что про палец, получается, он просто забыл. Забыл, что его видел. Что-то теперь будет… Боюсь, Венедиктов в большой опасности.

– Ох, это я его подставила!

– Ничего, программа, которую ты скачала на его телефон, не только передает нам его звонки, но и показывает, где он находится…

– Вот как? – Мария взглянула на часы и охнула: – Все! Опаздываю!

– Ну беги, надо так надо. Такси не бери, в пробках застрянешь, на метро быстрее будет. Куда ехать-то?

– Да не знаю, куда-то к кладбищу, позвоню по дороге, мне скажут! – Мария рванулась бежать, но тут же спохватилась: – А шарфик? Ты же мне обещала!

– Да вот он, у меня в сумке.

Каково же было удивление Марии, когда оказалось, что прощание с бывшей одноклассницей будет в том же самом «Тенистом уголке», что находится возле Варсонофьевского кладбища.