— Этот — критский, — сказал он, когда танец подходил к концу.

Через зал Эмма могла видеть как Уолтер тяжело опустился за столом, хмуро уставясь на бутылку пива и стакан. Он хотел устроить кутеж, но все так обернулось, что ему было не очень весело.

Она подняла глаза на Ника, который проследил за ее взглядом.

— Я должна кое-что сказать.

— Да?

— Вчера вечером, когда я забирала ключ от своего номера и ты сказал мне об отце Марии… То, что я сказала — непростительная глупость. Я просто не подумала. Я сожалею. Как он?

Выражение лица Ника невозможно было прочитать.

— Ему предстоит серьезная операция. Возможно, он больше не сможет работать на судне. Куча детей. Мария — старшая. — Линии его лица разгладились. — Такие вещи случаются. Он в хороших руках. Мы должны надеяться на лучшее.

Музыка началась, танцующие высыпали на площадку. Он сказал:

— Присоединимся к ним? Она покачала головой.

— Уолтеру все это не очень нравится. Я думаю, он хотел бы уйти. Но есть одна вещь. В Калатенесе я встретила девушек-американок, которые работают там на археологических раскопках. Я была с ними знакома. Они пригласили меня к себе посмотреть на раскопки. Я планирую поехать. Ты не будешь возражать, если я возьму с собой Янни…, то есть Джонни. Он так увлечен этим, и я подумала, он будет рад увидеть настоящих археологов за работой.

Он потер рукой подбородок, закрыв ямочку:

— Очень мило с твоей стороны.

— Не мило. Мне хотелось бы взять его с собой.

— Он немного утомлен за эти дни, я боюсь, больше чем немного. Даже для него. Его вконец испортили. Я не могу гарантировать, что он будет хорошо себя вести. Хотя ему бы очень хотелось поехать. — Ник колебался, но тут его лоб разгладился. — Я знаю, что делать! Сегодня я провожал Ставроса и пообещал ему, что заеду проведать Катю и новорожденных близнецов. Поэтому, если ты не возражаешь, возьмите меня с собой в Калатенес.

Он непременно должен был заметить на ее лице выражение той глупой радости, которую она чувствовала.

— Я могу смириться с этим.

— Хорошо, — сказал он. — Когда мы едем?

— Я думаю завтра, если тебя это устроит. Часов в десять.

— Прекрасно! — Он взял руку Эммы и поднес ее к своим губам. Она почувствовала прикосновение его губ к своей коже, мягких и теплых. — Завтра в десять.

Это была только галантность, вызванная танцем. Но сердце ее билось быстро и душа рвалась ввысь, когда она шла через зал. Через очень короткое время она снова будет с Ником. Они вместе поедут в Калатенес.

Она протиснулась мимо цепочки танцующих. — Пойдем? — спросила она Уолтера, когда подошла к его столу. — Это достаточно просто! — «Просто запросто» как сказал бы Джонни.

Уолтер с трудом поднялся на ноги.

— Все эти аборигенские штучки? Нет уж, спасибо! Я предоставляю это местным жителям. А он ходит на эти пляски варваров с ударами по пяткам?

— Кто?

— Твой мужчина!

— О! — В приливе счастья Эмма отбросила рукой назад волосы и засмеялась. — Конечно, да!

Уолтер увидел бы это собственными глазами, если бы только знал!..

«Осторожно, Эмма Лейси, — предостерегла она сама себя. — Не выдавай себя! И не строй грандиозных планов только потому, что тебе поцеловали руку. Это ничего не значит».

Глава 5

На следующее утро в слаксах цвета хаки и простой белой рубашке Эмма стояла у регистрации ровно в десять часов.