Следом беседую с Робин и попутно узнаю текущее положение дел. Каких-либо значительных происшествий, требующих моего внимания, не случалось. Есть ряд мелких моментов, где женщине требуется свежий взгляд со стороны, но в целом наш корабль идёт ровно и не имеет течи.

Под конец созваниваюсь с Железной Мэгги и Конрадом всё с той же целью — быть в курсе последних событий. Генерал подробно расспрашивает про мой визит в Париж и встречу с французской армией.

Когда темнеет, я иду к дому семьи Хаксли. Принцесса Единорогов и её мать собирают на стол, и я хочу просто забрать Ракету, но они уговаривают меня остаться на ужин. Шелли заваливает меня вопросами, а пёс постоянно вьётся рядом и трётся о ноги. Мы едим, смеёмся и отлично проводим время.

Домой возвращаюсь поздно и уже в кровати строю планы на завтра. Главная задача потренироваться с Аэрокинезом и плазменным кнутом, а также погонять Мэтта.

Уже проваливаюсь в сон, когда меня будит поступившее сообщение от Ребекки:

Она пересылает текст из мирового чата. Панические сообщения перемежаются криками о помощи. Фактория на восточном побережье подверглась атаке со стороны неизвестного клана. Лишь в одном фрагменте упоминается, что у них четыре руки и вытянутые, как яйцо, головы.

Этих ублюдков помнит и Говнюк, и я, побывавший на Конклаве.

Кселари.

Интерлюдия-1

Приближаясь к границе обширного лагеря, расположенного в суровом сердце сельской местности, он не может не поразиться масштабам этой фактории.

Больше недели у него ушло, чтобы пересечь планету и попасть в столь далёкий край, что до Сопряжения старик видел его только по телевизору.

Он перебрался через океан, посетил полдюжины различных факторий и форпостов, дрался с монстрами и людьми, чтобы заработать аркану для прыжков. Всё ради призрачного шанса. Ради возможности поквитаться. Мужчина жадно впитал в себя всю информацию, рассказанную Иерофантом, проанализировал, сделал выводы и выработал единственный план.

Обуреваемый мстительной решимостью он подступает к высоким стенам. В них видит не убежище, а возможность.

Фактория, охраняемая бдительными часовыми, располагается внутри древнего храмового комплекса, вырубленного в неприступной горной стене. Вычурные каменные статуи, изъеденные веками, стоят безмолвными свидетелями того, как это священное место превратилось в убежище для сотен душ.

Охранники, облачённые в неплохие доспехи — не самопал, а типовая продукция Магазина — настороженно смотрят на чужака по мере его приближения. Он поднимает руки в знак мира. Его пожилая фигура сама по себе вряд ли представляет угрозу, но прошедшие месяцы приучили выживших везде видеть опасность и не недооценивать даже безобидных на первый взгляд людей. В этом местные защитники правы, потому что почва под ногами старика готова мгновенно ответить на любую атаку со всей природной яростью. Она и укроет и защитит своего повелителя.

— Назовись, не то схлопочешь пулю! — рявкает на местном диалекте один из стражников с жёстким блеском в глазах.

Универсальный переводчик, вставленный в ухо, делает своё дело.