Так что звонок Резниченко застал его врасплох: Кожин не хотел выглядеть в глазах своего благодетеля полным болваном и сказал ему именно то, что, по мнению Кожина, Григорий Александрович хотел услышать.

И, только положив трубку и негромко чертыхнувшись в свой собственный адрес, Кожин наконец приступил к делу.

Он набрал номер своего хорошего знакомого, который был известен узкому кругу друзей как Аркадий Семенович. Кожин принадлежал к этому кругу.

— Аркадий Семенович, — вкладывая в свой голос как можно больше уважения, сказал Кожин. — Это Анатолий. Извините, что беспокою…

— Слушаю тебя, Толик.

— Один мой хороший знакомый просит вас о маленьком одолжении…

— Да? И когда же ему нужен результат?

— Дело очень срочное. Хорошо бы завтра.

— Ох, Толик, — вздохнул Аркадий Семенович. — Немного ты не ко времени.

— А что такое?

— Да я собрался на отдых, в санаторий. Печень подлечить, уже и билет на самолет взял…

— Аркадий Семенович, — забеспокоился Кожин. — Очень хороший знакомый, просто нельзя ему отказать.

Он представил, как будет объяснять Резниченко, почему посредник, уже якобы договорившись о деле, на следующий день улетает поправить здоровье. Из-за своей нерасторопности Кожин рисковал оказаться в идиотской ситуации. Поэтому он постарался изо всех сил убедить Аркадия Семеновича взяться за это дело.

— Это очень простое дело… Одно маленькое одолжение.

— Одно? — Собеседник задумался.

— Да, и не будет проблем с благодарностью.

— Сможешь сегодня доставить первую часть?

— Никаких проблем, Аркадий Семенович! — радостно отрапортовал Кожин.

— Тогда заезжай вечерком. Привези первую часть и картинки.

Это означало, что Кожин должен привезти вечером аванс и описание жертвы. Аркадий Семенович милостиво проговорил в трубку:

— Ладно уж, если так просишь, задержусь на пару дней.

— Спасибо, спасибо, Аркадий Семенович, — Кожин даже засмеялся от радости: так ему повезло!

Вечером того же дня он привез Аркадию Семеновичу аванс — три тысячи долларов — и рассказал во всех подробностях, где и когда произойдет встреча Резниченко и Шульца.

— И чтобы подозрение ни в коем случае не пало на моего знакомого, — напомнил Кожин.

— Ты хочешь поучить меня моему ремеслу? — улыбнулся Аркадий Семенович. — Тогда иди и сам оказывай своему знакомому услугу.

— Ну что вы, что вы, — Кожин рассыпался в извинениях.

— А раз так, то не напоминай мне элементарных вещей.

Аркадий Семенович выпроводил за дверь Кожина и убрал деньги в тайник. На следующее утро он вызвал по пейджеру семерых своих постоянных исполнителей, которые казались ему способными на выполнение такого задания. Всего в «каталоге» Аркадия Семеновича было около тридцати специалистов в разных областях, однако в этом случае он мог выбирать только из семи.

В течение часа отозвались все семеро, но Аркадий Семенович поручил дело первым двум, наиболее шустрым.

Исполнитель, позвонивший Аркадию Семеновичу третьим, изрядно его повеселил. Он принялся возмущаться, что дело отдали не ему.

— Надо быть пошустрее, — сказал Аркадий Семенович.

— Пошустрее? — обиженно дыша в трубку, возмутился исполнитель. — Ну раз вам нужно пошустрее, то и нанимайте себе…

— Кого? — язвительно поинтересовался Аркадий Семенович, подумав про себя, что у его исполнителей развилось слишком больное самолюбие.