— Дальше, дальше открывай, — показал Иван на стальную дверь, за которой должны были скрываться миллионы долларов и миллиарды рублей. Чтобы не вдаваться снова в лишние разговоры, он сразу показал гранату. Банкир медлил, и тогда Иван коснулся его стволом автомата:

— Я ведь просто забочусь о твоем здоровье, — пояснил он. — Я запросто могу тебя пристрелить, а потом взорвать любую дверь и все равно забрать деньги. Как у тебя со здравым смыслом, а?

Со здравым смыслом у вице-президента оказалось все в порядке. Он судорожно вздохнул и открыл дверь. А потом даже лично отодвинул ее в сторону, открывая взгляду Ивана ряды стальных полок.

— Вот, — устало выдохнул он и с искренней печалью посмотрел на содержимое хранилища. А потом он изменился в лице, засуетился и пальцы его рук затряслись:

— Что же… Как же так?

— Это я тебя должен спросить: что и как…

Если бы сейчас к Ивану сзади подошел индийский слон, Цветков бы его не заметил: широко раскрытыми глазами он смотрел на пустые полки хранилища. Все, приехали.

— Я и сам не пойму… — развел дрожащими руками вице-президент.

В этот момент наверху в зале что-то взорвалось, загремели выстрелы и закричали люди.

Банкир и Цветков посмотрели друг на друга.

— Никогда не любил пятницу, — с горечью сказал Иван. — А ты?

Банкир не сумел произнести ни слова, беззвучно разевая и закрывая рот как рыба.

— А тебе просто не повезло сегодня, — сделал вывод Иван. — Но общее у нас с тобой одно: мы в глубокой жопе. Поздравляю.

Глава 38

Когда взрывное устройство направленного действия разнесло дверь банка и в образовавшийся проем бросились штурмующие, держа пальцы на спусковых крючках, первым на их пути оказался Кондратьев-младший.

Ему в этой истории отводилась роль грузчика, но старший брат вручил Василию на всякий случай пистолет. И в момент взрыва Кондратьев-младший вместе с Кириллом и Рыжим держали на прицеле лежащих на полу охранников и служащих. Пистолет в его руке — именно это бросилось в глаза штурмующим, и прежде чем Василий шевельнулся, он уже был сбит с ног дюжим собровцем, который сел парню на грудь и приготовился еще раз двинуть его прикладом помпового ружья. Для верности.

И Кирилл, стоявший чуть дальше от входа и имевший возможность сориентироваться во внезапно переменившейся обстановке, заорал нечеловеческим голосом:

— Уйди, сука! Брось его!

Не обращая внимания на все новых и новых вооруженных штурмовиков, он выхватил пистолет и трижды выстрелил в громилу, который оседлал его брата На собровце был бронежилет, и три выстрела означали для него лишь три мощных удара в грудь, но он все-таки слетел с Василия. Кирилл схватил брата за шиворот и поволок за собой, стреляя наугад и не видя уже направленных на него стволов. Несколько очередей и одиночных выстрелов, выпущенных из разных точек, буквально разорвали верхнюю половину кондратьевского тела. Он взвыл от боли, крутанулся на месте, все продолжая нажимать на курок пустого пистолета, а потом рухнул, навалившись на одну из женщин, служащих банка. Она завизжала невероятно высоким голосом и продолжала визжать еще несколько минут, пока не потеряла сознание.

Оглушенный и перепуганный насмерть Василий даже не осознал смерти своего брата. Двигаясь как будто в бреду, он поднялся на ноги и побежал куда-то, спасаясь от криков и выстрелов. Ему казалось, что он двигался в безопасном направлении, но на самом деле он бежал прямо на собровцев, по-прежнему размахивая пистолетом. Снайпер убил его выстрелом в голову.

— Двое есть! — крикнул командир отделения, быстро двигаясь вдоль стены и оглядывая зал в поисках остальных налетчиков.