— Пожалуй, я пригляжу за завтраком. — И, обойдя ее, он подошел к плите, чтобы вынуть из духовки печенье.

— Мам, а папа печет печенье вкуснее, чем ты.

Коди запихнул очередное печенье в рот. Клубничный джем брызнул струйкой на тарелку.

Джо смотрел, как натянуто улыбается Марти. Сегодня утром он ненароком несколько раз касался ее, и это большая ошибка, о которой он еще пожалеет в течение предстоящих долгих ночей. И что еще хуже, он пообещал заботиться о ней. Зачем, спрашивается? Он что, тоже страдает потерей памяти? Ему ли не знать, что заботиться о ком-либо он просто не приспособлен!

Он слишком долго оставался в этом доме. Ему пора уходить, пока не стало слишком поздно.

— Ну что ж, Коди, — сказал он, — раз тебе лучше, я отправляюсь на то родео, о котором говорил.

Он встал из-за стола и аккуратно задвинул стул.

— Марти, ты не возражаешь, если я оставлю посуду на тебя?

Лицо мальчика жалобно вытянулось, а мать согласно кивнула.

— Все будет в порядке, — сказала она. — Не беспокойся за нас.

— А ты не можешь в этот раз пропустить родео? — с молящей ноткой в голосе обратился к нему Коди.

Сознательно избегая смотреть в большие карие глаза ребенка, Джо покачал головой:

— Нет, если мы хотим что-то есть. Если я потороплюсь, то еще успею на последний заход, — объявил он.

— Поезжай. Будь осторожен, — ответила ему Марти, стоя в дверях.

Джо подхватил с софы шляпу, нахлобучил ее на голову и взъерошил Коди волосы. — Веди себя хорошо, ковбой. Заботься о маме и пока не скачи на овцах. Договорились?

— Договорились! А ты меня поучишь кататься на своей лошади?

Джо взглянул на Марти и поймал отблеск тревоги в ее застывшем взгляде.

— Давай подождем немного и посмотрим, что скажет доктор. Я думаю, тебе не следует кататься: на лошадях, на быках, на овцах, даже на Скауте… пока.

— Но ты же за мной будешь смотреть, и я не упаду.

Сердце Джо тоскливо сжалось. Господи, как бы он хотел, чтобы именно так и было! Он двинулся к двери, коротко сказав:

— Поживем — увидим.

— Спасибо, — прошептала Марти, открывая ему дверь, — за все.

— Не за что. — Он протянул ей листок бумаги. — Это номер телефона, по которому меня можно найти. — Он многозначительно посмотрел на нее, надеясь, что она поняла: это его домашний номер телефона. Пальцы их соприкоснулись, когда она брала у него этот листок. И он добавил то, что не собирался говорить:

— Позвоните, если вам что-то будет нужно.

К двери с невеселым лицом подошел Коди. Шишка у него на лбу слегка уменьшилась, но темно-фиолетовый синяк все еще оставался. Джо легонько потрепал его по загривку.

— Не грусти, ковбой, я вернусь, мм… через несколько дней.

Кода кивнул и уцепился за мамину руку. Безнадежно поникшие плечи мальчишки рассказали Джо больше, чем он хотел знать о нем. Похоже, Флинт часто их бросал и долго не возвращался. Джо тоже поступил так один раз в жизни, и для него этого оказалось достаточно.

Он все-таки не выдержал: встав на колени, раскрыл мальчику объятия.

— Обнимешь меня на дорожку?

— Но ты говорил, что торопишься. — Голос Коди дрогнул.

— Для того чтобы обнять тебя, у меня всегда есть время.

Коди сорвался с места, подбежал и крепко прижался к нему. Обняв Джо руками за шею, он поцеловал его в щеку.

— До свидания, папка. Приезжай скорее. Господи, как ему хотелось бы вернуться сюда, словно это его семья, его дом.