Теперь она понимала, почему Джо вернулся сегодня. Не из-за нее. И даже не из-за Коди. Он вернулся из-за своего собственного сына, чтобы посмотреть в лицо призраку, все эти годы преследующему его.

Глава 9

Тихие рыдания Марта вернули Джо к действительности. Сколько уже времени прошло с тех пор, как он сам пролил последнюю слезу? Слезы Марта вдруг заставили его выглянуть на свет из своей темноты.

Его кольнуло чувство стыда. Он не хотел, чтобы она плакала, не хотел омрачать ей этот праздничный день. Снова его эгоистичность заставила страдать другого человека.

Не зная, что сказать, что сделать, он двинулся к ней. Ему казалось, что он идет через глубокое, вязкое болото. Кровь шумела в ушах, руки дрожали, а внутри все свернулось в одну тугую пружину.

Он медленно опустился на колени перед ней и, взяв за подбородок, осторожно поднял ее заплаканное лицо. Медленно и бережно он вытер ее слезы, ласково погладив большим пальцем нежную кожу под глазами. Кончик ее носа покраснел, глаза влажно блестели, а на длинных ресницах все еще дрожали светлые капли.

— Не плачь, — прошептал он.

Она взглянула на него. Взгляд ее, казалось, проникал в самые потаенные уголки его души. Но когда он хотел отодвинуться, она порывисто остановила его, схватив за запястье. Ее губы блестели от слез, словно листья от росы ранним утром.

— Я ничего не могу с собой поделать. Я не знала, через что ты прошел… сколько же ты… выстрадал. — Голос ее сорвался. — Прости меня. — Она наклонила голову и уткнулась лицом в его ладонь. Он почувствовал, какая у нее теплая кожа. Она легко, едва заметно, словно бабочка прикоснулась своими крыльями, поцеловала его ладонь. Внутри у него все перевернулось. — Прошу тебя, прости. Я должна была догадаться. Я должна была понять.

— Как ты могла понять? — Его большой палец легко поглаживал ее нижнюю губу. — Я никогда не говорил об этом. Ты первая… — Голос его оборвался, не закончив предложение.

— Но я… Ты попал в такое тяжелое… просто ужасное положение. Это было так жестоко. Прости меня, Джо. Я не имела права просить тебя помогать Коди.

Он наклонился к ней и прислонился своим лбом к ее лбу, вынуждая ее посмотреть ему прямо в глаза.

— Я сам это предложил, помнишь?

— Но…

Он покачал головой, касаясь ее лба. Ощутив ее дыхание с мягким ароматом мяты, он вдохнул этот запах, всколыхнувший все его чувства.

— Я хотел помочь. — Голос его стал тверже. — И, в конце концов, ты спасла меня.

— Я? — переспросила она, растерянно моргая.

— Я целиком утонул в своей вине, был поглощен только ею. Она и сейчас держит меня. Но теперь я вижу, что жизнь сегодня и завтра важнее, чем та, что была вчера. Я не могу изменить то, что уже случилось, хотя, видит Бог, очень хотел бы. Я бы отдал жизнь за них, но это не в моих силах. Но теперь я знаю, что могу помочь кому-то еще. Моя жизнь не кончена.

— Может быть, она только начинается, — прошептала Марта, и эти слова окутали их, словно теплый вечерний воздух.

Затем она придвинула к нему свое лицо, почти касаясь его своим ртом, и, замерев на секунду, прижалась к его губам. Он почувствовал ее обжигающий жар и сдался, отдаваясь на волю этому моменту, их желанию. Он забыл о всех своих сомнениях и о своем сопротивлении, давая ей возможность ощутить свою собственную страсть, забыл и самого себя, растворяясь в ней.