Сара начала было открывать верхний ящик стола, но передумала и спросила:

– Лайам, где ты держишь ножницы?

– В верхнем ящике справа, – сказал он, не отрываясь от своих бумаг.

– Я живу здесь два месяца и все еще чувствую себя гостьей, – пожаловалась она. – Все еще не знаю, где что лежит.

– Тебе нужен собственный письменный стол, – пробормотал муж.

Сара открыла ящик. Ножницы, карандаши, линейка, пачка карточек, все аккуратно разложено. У нее невольно появилось желание все это смешать. Просто потрясти ящик, пока все не перемешается. «Мне следует вносить некоторый беспорядок в жизнь Лайама», – подумала она.

И тут же выругала себя за такие детские мысли. Да что это сегодня со мной?

Сара достала ножницы.

Лайам опустил на колени свои заметки и улыбнулся ей.

– А что ты делаешь?

Она бедром задвинула ящик.

– О, я хочу заняться свадебными снимками, которые наконец отпечатала Мэри Бет. Я тебе вчера их показывала. Я хочу послать несколько штук маме. И я собираюсь вырезать из газетки колледжа объявление о свадьбе и...

Ножницы выпали у нее из рук и отскочили на ковер. Сара наклонилась, чтобы их поднять.

– Нет! – вскрикнул Лайам.

Он вскочил. Бумаги упали на пол.

– Нет!

– Что? – удивленно посмотрела на него Сара. – В чем дело?

Лайам быстро пересек комнату.

– Никогда не поднимай ножницы, если ты их уронила.

– Прости, не поняла?

– Если ты сама поднимешь ножницы, ты сильно укоротишь свою жизнь.

– Да это же нелепость! – воскликнула Сара.

– Нужно, чтобы кто-то другой поднял их для тебя.

– Ни в коем случае! – прокричала она.

Лайам рванулся к ножницам, но она была ближе.

Он уже протянул руку, но она успела первой поднять их с пола.

Лайам закричал, словно от боли.

В дверях появилась Маргарет.

– Что здесь происходит?

Лайам выпрямился. Тяжело дыша, он смотрел на Сару. Она высоко подняла ножницы, как трофей.

– Лайам, твои суеверия когда-нибудь тебя погубят!

Выражение его лица постепенно смягчилось. Он по-детски улыбнулся ей.

– Ты права. Извини, – он сделал шаг назад. – Я постараюсь исправиться. Правда, я обещаю.

– Что же, черт возьми, здесь произошло? – спросила Маргарет.

– Ничего особенного, – ответила Сара, глядя на Лайама.

Она уже пожалела, что повела себя так вызывающе. Кажется, ее бедный муж очень расстроен. Ну почему ей было не позволить ему поднять для нее ножницы, если это так много для него значит?

– Я немного увлекся, – объяснил Лайам Маргарет.

Он собирался сказать что-то еще, но тут прозвенел звонок в дверь. Он повернулся к Саре.

– Ты кого-нибудь ждешь так рано?

Сара отрицательно покачала головой и положила ножницы на письменный стол. Лайам отправился открывать.

Маргарет подошла к окну и посмотрела на крылечко.

– О! – удивленно воскликнула она. – Лайам, это офицер полиции.

Гаррет снял кожаные перчатки и засунул их в глубокие карманы плаща. Плащ был расстегнут и под ним была видна полицейская форма, к которой прищепкой было прикреплено служебное удостоверение с фотографией.