|
Они взяли под контроль все дороги, ведущие с севера и северо-запада к Лютеции. К чему бы это, граф? — Полагаю, что его препохабие… — Как вы сказали? — Препохабие. — Гм, — кардинал улыбается, — все-таки это полномочный легат его святейшества. Не дай бог, до него дойдет, как наши мушкетеры именуют его легата. — Тогда пусть назначит другого. Так вот, он готовит нам какую-то пакость. Или он что-либо пронюхал и хочет осуществить свои, как всегда, не очень чистые замыслы. — Ну, пронюхал-то он скорее всего то, что некий доверенный курьер едет по поручению одного высокопоставленного лица в окрестности Млена и везет конфиденциальное послание этого лица. И он, епископ, не прочь перехватить его. А пакость он готовит следующую. Он хочет помешать предварительным переговорам ярла Хольмквиста с графом де Легаром и по возможности воспрепятствовать визиту ярла к нашему двору. Тем самым он вобьет клин в отношения Лотарингии и Скандинавии. Здесь он не остановится ни перед чем. Кардинал замолкает, задумчиво смотрит на пламя камина, потом продолжает: — Поскольку этим доверенным курьером государыни являетесь вы, — при этих словах он властно поднимает руку, заранее отметая все мои возражения, — я хочу, чтобы после выполнения вашей миссии вы помогли де Легару обеспечить безопасность визита ярла Хольмквиста. Вы не имеете возражений? — Отнюдь. Тем более, что несколько минут назад капитан Баярд говорил со мной о том же и дал мне такое же поручение. — Гм! Положительно, в этом дворце невозможно сохранить тайну. Все, даже самое конфиденциальное, тут же становится всеобщим достоянием. — Вы совершенно правы, ваше высокопреосвященство! — я лицемерно разделяю его огорчение. Кардинал, казалось, не замечает моей иронии и снова замолкает, по-прежнему глядя в камин. Насмотревшись на огонь, он спрашивает: — И сколько мушкетеров он выделил вам в помощь? — Семь, — я не считаю нужным упоминать о приказе нашего майора. — Маловато. Против вас будут действовать по меньшей мере человек тридцать-сорок. Вся надежда на то, что вы — граф Саусверк, а он — де Легар. Да и ваши мушкетеры стоят эскадрона этих разбойников. Он снова замолкает и достает из ящика стола серебряный крест. — Попробую вас немного усилить. На пути в Млен, на постоялом дворе «Жаворонок», моих распоряжений ждет ротмистр моей гвардии, маркиз де Вордейль. С ним три гвардейца. Покажете ему это, и он поедет с вами. — Благодарю вас, ваше высокопреосвященство, — говорю я, принимая крест. — Еще одно, — говорит кардинал, — в Млене есть монастырь святого Иоанна. Передайте настоятелю мои замечания по его отчету. Кардинал снова замолкает, и я понимаю, что сейчас получу еще одно секретное поручение. — В странноприимном доме, при этом монастыре, проживает пилигрим из Италии, Роберто Модунио. Передайте ему, пожалуйста, мое благословение на дальнейший путь и вот эти наставления в его нелегком деле написания истинной истории нашей Веры. Он протягивает мне чистый запечатанный конверт и добавляет: — Я бы очень не хотел, чтобы плодами моих благочестивых размышлений воспользовался в своих корыстных интересах епископ Маринелло. Это уже сильно выходит за рамки моего задания. |
