Сумрак вокруг сгустился — во внешнем мире, судя по всему, наступила ночь. Оранжевые кристаллы, разбросанные по этому участку «урочища», подсвечивали нам путь — вполне достаточно, чтобы можно было идти вперёд и не тыкаться в стороны, словно слепые котята.

Тем не менее я достал фонарь и попросил Мисти сделать тоже самое — купленные мной магические осветительные устройства не только разгоняли тьму, но и отпугивали разных мелких тварей, которыми кишела округа.

Песок шелестел под нашими ногами, а крики и выстрелы в отдалении не прекращались. Мы шли на них, пока не добрались до очередной расщелины, ведущей в другую «локацию» — она располагалась всего в километре от места, где мы грохнули матку арахнидов…

— Держись поближе, — предупредил я Мисти, скидывая с плеча винтовку, перехватывая её поудобнее и первым сунулся в проход.

Обтирая заросшие мхом скалы, вскоре я протиснулся через расщелину и оказался в новой местности — и она снова отличалась от предыдущей!

— Долбаный Сумрак… — пробормотал я, поднимая оружие.

Передо мной раскинулся очередной лес — но совсем другой. Не такой душный и затхлый, как тот, в котором на нас напала химера. Не заросший буреломом и затянутый всякими мохнатыми лианами. И не мёртвый, занесённый песком, нет. В этот раз мы оказались среди хвойных исполинов, тянущихся к Сумраку, сгустившемуся высоко над нашими головами.

Деревья были на самом деле огромными — их стволы не смогли бы обхватить и десяток человек, если бы взялись за руки! А высотой они были такие, что разглядеть кроны едва получалось.

Но я увидел, что верхушки этих хвойных деревьев не заостряются, как в «нормальном» мире, а напротив — расширяются и переплетаются друг с другом. Словно одно огромное растение с кучей стволов…

В этих кронах копошились и клёкотом перекрикивались летуны, которых из-за Сумрака было почти не разглядеть. Зато что я мог увидеть совершенно точно, так это всполохи магических молний, которые били в кроны этого огромного бора. Но вместо того, чтобы поджечь деревья, это колдовство проходило по огромным стволам и исчезало где-то под землёй.

Из-за этих разрядов, то и дело пробегающих по деревьям, их стволы словно бы светились изнутри разными цветами и снова гасли — до нового разряда. Как фары проезжающего навстречу мобиля.

— Как красиво! — прошептала Мисти, разглядывая, как сверху вниз по коре ближайших к нам деревьев синхронно пробегает свечение. — Это волшебство!

— Ага, — отстранённо согласился я, продолжая обводить взглядом окрестности. — Кажется, чисто. Идём. И держи наготове свои… Таланты. Не хочу, чтобы нам пооткусывали задницы.

— Постараюсь.

Меж исполинских деревьев мы двинулись на всё реже пронзающие тишину леса крики и грохот. Углубляясь в бор, я заметил, что вокруг сгущается туман, и звуки становятся всё приглушённее…

— Туда, — остановила меня Мисти и указала направление, противоположное тому, по которому я собирался пойти.

Доверившись ей, я кивнул и осторожно двинулся вперёд, не забывая иногда кидать перед собой камешки…

Девушка оказалась права — стоило миновать россыпь поваленных деревьев, как звуки схватки усилились!

— Они совсем рядом! Будь наготове! — приказал я.

Не прошло и пяти минут, как мы с блондинкой вышли к ложбине, по дну которой протекал ручей. Углубление тоже было затянуто туманом — даже сильнее, чем лес, однако я прекрасно видел мельтешащие вдоль воды человеческие фигурки. Они перекрикивались, переругивались, стреляли, бросали бомбы, а один из людей, судя по ярким вспышкам, даже использовал магию.

Вот только фигура, против которой они сражались, сразу дала мне понять, что шансов у них мало.