– Цель – свободно играть несложные вещи по нотам обеими руками. Виртуоза из меня не выйдет, это я понимаю и принимаю. Вчера вы исполняли много старой музыки, это выглядело так искренно. Я бы хотела смочь сыграть что-то из вашего репертуара.

– Вы правы, музыка прошлых десятилетий мне милее. Сейчас таких песен не пишут.

Между ними отчётливо сквозила томящая недосказанность. Вчерашний взгляд не был просто взглядом. Эта заманчивая мысль владела им без остатка.

Правда могла быть и в том, что Денис выдавал желаемое за действительное, и тогда ему следовало обуздать нездоровую фантазию, перестать кокетничать и заняться непосредственной обязанностью – передавать накопленные за годы практики знания. Не сомневался, что из таких простофиль Диана складывала штабеля высотой до неба. Невинность с такой внешностью не сочеталась от слова «совсем». Чёрный пояс по управлению мужскими страстями являлся для неё такой же необходимостью, как пианино для пианиста.

– Через год вы сможете играть облегчённые версии ваших любимых песен, – ответил он на упреждающий вопрос.

– Но этот год будет не из лёгких, – добавила Диана.

– Вы пройдёте все семь тысяч пятьсот двадцать три круга ада, – назвал он первые пришедшие на ум цифры.

– Мне известно только девять кругов. Похоть, чревоугодие, гнев… Дальше не помню.

– Вы читали «Божественную комедию»?

– Миллион лет назад.

Она старательно подкладывала тонкие пальцы друг за другом, следуя указанному им порядку.

– Вы хорошо сохранились, – не удержался он от шутки, балансирующей на границе дозволенного. – Попробуйте без ошибок дойти от малой октавы до субконтроктавы. Я в вас верю. А ко второму занятию, если не передумаете, возьмёмся осваивать нотную грамоту на примере чего-нибудь известного. Теория познаётся на практике.

До конца урока Денис знакомил Диану с теорией музыки, перемежая непонятные термины наглядными пассажами собственного исполнения. Оттянуть момент расставания было не в его власти. По истечении времени он сложил бумаги в скоросшиватель.

– Спасибо за доверие, – эту фразу он говорил всем ученикам независимо от пола и возраста. – Я открыт для замечаний, критики или похвалы.

Он выдержал паузу. Диана молчала. Она не кичилась природной сексуальностью, как значительное большинство куколок, транслируя в окружающую среду вежливую сдержанность. Положив руки поверх коленей, спокойно ждала, выстукивая такт пальцами с аккуратными, не покрытыми вызывающим лаком ногтями. Такая покладистость, пусть и наверняка показная, не могла не подкупать.

– Если вам нечего сказать, то скажу я, – прервал он затянувшееся молчание. – Способности у вас есть. Насколько хватит порыва – это другой вопрос. С вами приятно работать, вы умеете слушать. Не знаю, показался ли я вам достойным педагогом. Сообщите, когда примете решение о продолжении занятий. Так или иначе, вы всегда можете слушать мои выступления по вторникам и пятницам, сами знаете где.

– Пока мне удобно заниматься по средам и субботам. Вы сможете в субботу?

– Да, я работаю по выходным, – солгал он. – Мне звонить вашему брату, если урок по какой-то причине не сможет состояться?

Диана без колебаний продиктовала номер, который он сразу вбил в память телефона. Нет, он не будет посылать ей двусмысленные сообщения. Чем закончится подобное поведение, известно заранее – он потеряет клиента и выставит себя в непристойном свете. Повезёт, если не набьют физиономию или не заявят в полицию. Её покровители запросто могли испортить ему жизнь.

Купюра в тысячу рублей неожиданно возникла у Дианы в руках.