Под ногами у туристов мотались туда-сюда, оставляя синяки на голенях, упаковки с водой – ехать было далеко, а к здешней колодезной влаге белому человеку лучше было не прикасаться. Так пояснила Галина Пална, переодевшаяся из коротеньких брючек в длинную цветастую юбку.

– И еще предупреждаю всех наших молодых людей строго, – сказала Галина Пална в конце обеда и почему-то поглядела на Витька. – Вы здесь только зрители! Не дайте вовлечь себя непосредственно в действо! Увалеле – и все дела!

– А почему? – удивился один из молодоженов мужского пола. – Кайфово! Типа «Кавказской пленницы»… Сытарины кырасыви обичы.

– Я сказала! – рявкнула Галина Пална. – Вас не касается, поскольку все здесь люди уже оприходованные.

– Эх-ма-а, а я-то губы раскатал! – шумно вздохнули где-то за спиной у Маринки с Димой, и затем сразу раздался тихий шлепок и невнятное «у, блин!».

– Вот-вот, и я о том же, – бросила туда косой взгляд экскурсоводша. – Вопросы есть? Значит, через полчаса жду вас у машин.

Ехали они уже в другую сторону, и Маринка с Димой заметили, как повеселел и расправил плечи Витек. Наверное, ему было неприятно проехать мимо той деревушки… Мало ли! Вдруг эта негритяночка стоит на обочине и смотрит, сделав руку козырьком, не вернется ли за ней ее богатый, белый возлюбленный? Но нет, поехали они в сторону видневшихся вдали гор.

В принципе из проспекта все они знали, что им в этом заточенном под молодоженов туре представится уникальная возможность поучаствовать в некоем местном массовом обряде – типа большой комсомольской свадьбы. Туземцы, объяснял проспект, расселены по огромной территории, наподобие нашего Дальнего Востока. Поэтому молодым людям брачного возраста трудно найти себе пару. Вот они и собираются один раз в году на эту ярмарку невест и женихов – ищут себе суженого-ряженого, во все цвета раскрашен ного.

Небо, как и все эти дни, было подернуто тонкой пеночкой выцветших облаков, что, кажется, не сбивало жар, но делало его всеобъемлющим и особенно проникновенным.

– А ты загорела, Марин, – сказал Дима, от нечего делать разглядывавший жену, сидевшую напротив.

– Это разве загорела! – махнула рукой та. – Я за три дня как эти тузики могу стать. Только это вредно для кожи. Галина Пална, а чё тут никакого зверья нет? Хоть на мобилу кого щелкнуть… Слона там, бегемота… А то дома не поверят, что в Африке были.

Сталкерша, как бы по исторической традиции, ехала с ними.

– Они сейчас концентрируются около водопоев. Будет у нас экскурсия по сахелю, пощелкаете, не волнуйтесь.

– Угу, – прогундел несколько укачавшийся на ухабистой дороге спутник. – Если сегодня-завтра переживем, то в самый раз.

– Переживете, – сказала Галина Пална, прикрывая глаза, будто собираясь вздремнуть. – Если, конечно, слушаться будете.

До гор, будто реявших вершинами в пыльном небе, они не доехали. Путешествие закончилось у двухэтажного дощатого зданьица за хиленькой деревянной оградкой и колодцем с типично украинским «журавлем» во дворе. Все это было похоже на декорацию к фильму из дореволюционной российской жизни. Впечатление сбивала только непонятного назначения обшарпанная вывеска с надписью по-английски «Только для мужчин».

– А поприличнее ничего не нашлось? – спросил один из путешественников.

– Поприличнее – оно в Европе! – ответил кто-то ехидно, пока Галина Пална набирала в грудь воздуху для решительного отлупа.