— Сделать? Вы имеете в виду, отслужить панихиду? — Отец Холланд, как ни старался, не мог скрыть раздражения.

— Да. Давайте поглядим. — Трулав развернулся на вращающемся стуле и посмотрел в календарь, висевший за его спиной. — Ближайший понедельник вас устроит? Я свободен.

— Я не знаю! — отрезал отец Холланд. Он достал дневник и зашелестел страницами. Затем нехотя сказал: — Да, можно в понедельник. Но это слишком скоро — у людей, которые, возможно, захотят присутствовать, уже могут быть планы.

— Да бросьте вы — слишком скоро! — ответил практичный мистер Трулав. — Она бы сейчас уже лежала в земле, если бы Билл и Бен не откопали скелет.

— Дэнни и Гордон! — проворчал отец Холланд, не купившись на шутку.

— Ну, значит, в понедельник. Я у себя отмечу. И знаете что, — щедро предложил адвокат, — я сам позвоню всем, кто может пожелать прийти, и сообщу им об изменениях. Идет?

— Спасибо! — с трудом ответил отец Холланд. Он так расстроился и разозлился на Трулава, что его черная борода щетинилась во все стороны.

— Я буду делать все по стандартному сценарию, — сказал мистер Трулав. — И вы тоже, как я понял? Распорядитесь, пожалуйста, чтобы эти, как их там, братья Лоу выкопали еще одну могилу. На новом кладбище. Только надо, чтобы они не закатили повторного представления — не выкопали еще какой-нибудь костяк. Скажите им, чтобы выбрали приличное пустое место.

Отец Холланд прорычал:

— У вас есть телефон похоронного бюро! Позвоните им сами и попросите их передать ваши пожелания Дэнни и Гордону!

И, топая ногами, словно бык копытами, он вышел.

В субботу утром Мередит села в машину и отправилась выполнять обещание.

Она уже пожалела о том, что так опрометчиво предложила помощь отцу Холланду и не определила сразу, какую именно. Это был просто порыв, а теперь ей приходится ехать к старухе, которая — десять к одному — не поймет, кто она и зачем приехала.

Но назвался груздем — полезай в кузов. Сегодня вечером, у Холденов, она увидит Джеймса Холланда. Он ждет от нее отчета. Профессиональная дисциплинированность тоже сказывается. Энное количество лет люди обращались к ней за помощью, и часто им некуда было больше пойти — ответственность впиталась в плоть и кровь. Джеймсу, по-видимому, тоже приходится жить с этим зудящим чувством. «Может, из меня могла бы получиться хорошая жена священника?» — мысленно усмехнувшись, подумала Мередит. Вряд ли — у нее терпения маловато, да и, честно сказать, в ее жизни случались такие истории, что у нее теперь нет морального права претендовать на это поприще.

Мередит выехала на дорогу, ведущую к дому престарелых «Кедры». Что ж, может быть, святой Петр черкнет несколько плюсовых очков напротив ее фамилии в небесной бухгалтерской книге, куда он, без сомнения, уже много раз записывал цифры со знаком минус.

На самом деле ее беспокойство по поводу предстоящего визита относилось скорее не к неизбежному разговору с незнакомой старой леди, а к собственному прошлому. Вестерфилд была первой деревушкой, которую она здесь увидела. Тут она встретилась с Аланом. Когда возник дорожный знак с надписью «Вестерфилд», на нее нахлынули воспоминания. Многие из них были болезненными. Ни она, ни Алан не могли предвидеть, что выйдет из той их встречи.