Ондар сболтнула лишнего. Она не должна была говорить  этого.  Эйрис  стало

неуютно и одиноко. Конечно, Карима нельзя винить за то, что он относится к

ней подозрительно. Каждый день она, не обращая внимания на  косые  взгляды

бывших соучеников, отправляется на  занятия  под  руководством  одного  из

гедов, шпионивших за делизийцами, и в компании  двух  джелийцев,  исконных

врагов Делизии. Она передвигается по Эр-Фроу в каком-то странном кресле. А

гедийскую медицину, даже после того, как  о  ней  многое  стало  известно,

некоторые считали черной магией. Да еще эта СуСу.

   Не все относились к джелийской проститутке  так  же  сочувственно,  как

Ондар. С тех пор, как снадобье, которое влили в бедную девочку, прекратило

действовать, она не произнесла ни слова. Она ела, спала, умывалась, ходила

за Эйрис по пятам, куда бы та не пошла,  но  ее  темные  глаза  оставались

пустыми. В них чудилось отражение города, дотла  сожженного  врагом.  СуСу

никому, даже  Эйрис,  не  позволяла  прикасаться  к  себе,  и  после  двух

неудачных  попыток  -  сначала  Карим  решил  помочь  ей   спуститься   по

ступенькам, а потом Ондар в порыве жалости  попробовала  приласкать  ее  -

никто больше не отваживался на это. Оба раза  СуСу  принималась  лягаться,

кусаться и царапаться. И  все  -  без  единого  звука,  в  полной  тишине.

Молчание девочки  казалось  страшнее,  чем  бешенство,  вселившееся  в  ее

хрупкое тело. Это молчание, странное, неестественное, вызывало недоверие и

косые взгляды. Кое-кто ворчал, что она шпионка Джелы.

   Иногда Эйрис задавалась вопросом, а что же думают о ней самой? Особенно

те трое, что каждый день  отправлялись  в  Дом  Обучения  -  Илабор,  Тей,

Криджин?

   - Ондар, - мягко возразила Эйрис,  -  бактерии  вызывают  болезни,  это

правда. Но это не яд - их нельзя изготовить и подсыпать в пищу или подлить

в питье.

   Карим с явным подозрением поглядел на Эйрис. А ведь он еще  не  знал  о

той ночи с Дахаром...

   Мысль о Дахаре причинила ей боль. Нажав на ручку кресла, она  заставила

его приподняться и отодвинуться от стола.

   - Ладно, мне пора.

   - Иди с ней, Карим, - сказала Ондар, не глядя на Эйрис.

   Карим последовал за Эйрис.  Они  молчали.  Серебристая  дорожка  вилась

среди деревьев и кустарников, которые с каждым днем сбрасывали все  больше

и больше листьев. СуСу молча плелась сзади.  Уже  почти  дойдя  до  места,

Карим вдруг сказал:

   - Келовару не нравится, что джелийская  проститутка  ночует  у  тебя  в

комнате.

   - Это не его забота!

   - Ему это не нравится.

   Эйрис развернула кресло и уставилась прямо в лицо Кариму:

   - И где же он предлагает ей  ночевать?  А  может  быть,  ты  что-нибудь

предложишь? Только что с ней будет, если ее не спрятать в моей комнате?

   Карим раздраженно отмахнулся, бросил взгляд  на  СуСу  и  отвел  глаза.

Эйрис заметила, что он смутился: жалея СуСу, он в  то  же  время  разделял

мнение Келовара.