|
Точнее, своим поведением вынудил Кендру разорвать ее. В ресторане мы уже немного затронули эту тему, если помнишь. После того, как немного пришел в себя, я понял, какого дурака свалял, и пришел к ней, чтобы извиниться и просить ее начать все сначала. Но она сказала, что любит другого и что они, возможно, скоро поженятся. Я пожелал ей счастья и ушел. В среду я ездил в Чемберсбург по делу и в здании суда столкнулся с Кендрой. Узнал, что она замужем и живет с мужем в Чемберсбурге. Насколько я понял, они счастливы, и в феврале у них должен родиться ребенок. Я очень рад за нее, но она уже давно ничего для меня не значит. Видимо, Джон случайно узнал о нашей встрече и встревожился, когда не смог до меня дозвониться. И ничего умнее, как притащиться ко мне, не придумал. Ему было известно, что я когда-то ее любил. Так же, как и о нашей помолвке. Плюс ко всему он знал, что после нашего с ней разрыва я ни с кем серьезно не встречался, и, наверное, подумал, что именно эта новость стала для меня ударом. Чертов идиот! — вдруг выругался он. — Только испортил все… Линн! — Он взял ее руки в свои. — Линн, ты должна мне верить!
— Да, конечно, я верю тебе, — твердо сказала Линн, побеждая последнего демона своих сомнений. — Брендон, я была так огорошена, когда вчера услышала о какой-то беременной женщине, из-за которой, по мнению твоего друга, ты должен убиваться. Я поверить не могла, что была такой дурой, а ты, оказывается, любишь женщину, которая ждет ребенка от другого. — Милая моя! — Брендон поднес ее руки к губам. — Завтра я убью этого параноика! — пообещал он, целуя ее пальцы. Линн тихонько вздохнула и прильнула к нему. — Если бы ты только знала, как я скучал по тебе и жалел, что не пригласил тебя познакомиться со своими родителями! — Почему ты ни разу не позвонил? — с упреком спросила она, позволяя ему целовать себя. — Я хотел! Но когда приехал к родителям, обнаружил, что забыл дома и мобильный, и записную книжку! Хорошо еще успел оставить тебе сообщение. Линн уже лежала на диване, придавленная весом его тела, но тяжесть эта была приятная. — Мне уже надоели разговоры, — внезапно охрипшим голосом сказал он и закрыл ей рот поцелуем. Несмотря на владевшую им страсть, он целовал ее медленно и неторопливо, вкушая сладость мягких, отзывчивых губ. Не прекращая поцелуя, он немного приподнялся и принялся освобождать ее от одежды. Почувствовав его ладони на своей груди, Линн всхлипнула. Обхватив его за шею, она изогнулась, чтобы быть ближе к нему. Он весь горел, и жар его тела передался ей. В ее нежную кожу словно впились тысячи иголочек, от которых, словно круги по воде, расходились волны наслаждения. Он оторвался от ее губ и потерся носом сначала об один сосок, затем о другой и по очереди втянул их в рот. Линн невидящим взглядом смотрела в потолок и полностью отдалась ощущениям, которые вызывали в ней его смелые и откровенные ласки. Ее тело ей уже не принадлежало. Когда Брендон скользнул ниже, вырываясь из ее объятий, и коленом раздвинул ей ноги, она задрожала. Внезапно он замер. Она беспокойно задвигалась, бессознательно призывая его не останавливаться. — Линн, я надеюсь, что наши чувства взаимны. Скажи, что ты хочешь меня! — хрипло приказал он. С ее губ сорвалось неразборчивое восклицание. — Скажи, что хочешь меня, Линн, — настаивал Брендон и сжал ее бедро. — Да, да! — она почти рыдала. — Я хочу тебя! Брендон, о, пожалуйста, не останавливайся! — Я бы не смог, даже если бы захотел, — признался он и положил руку на плоский живот, который от его прикосновения сразу напрягся. — Милая, расслабься, — он покрывал ее живот и бедра быстрыми легкими поцелуями, не забывая ласкать грудь руками и языком. |
