Он нажал пару клавиш. На мониторе перезрелыми фруктами раскрылись электронные таблицы.

— Вы слишком быстро прожигаете инвестиции, — заключил Мэдоуз, глянув на них. Он поднял руки ладонями к себе, подражая Кэрни, и посмотрел на них поочередно.

— Нет денег, — изрек он, — нет исследований. Нам требуется приток капитала. Подобная сделка, покуда она выгодна для науки, не ограничит наших возможностей, а, напротив, расширит их.

— Чьи это наши? — уточнил Кэрни.

— Ты меня не слушаешь. Брайан станет главой отдела. Это все в пакете идет. Майкл, он сомневается в качестве твоей работы. Его тревожат идеи.

— Думаю, Гордон, ты готов нас продать. Я тебе вот что посоветую. Не делай этого.

Мэдоуз изучал свои ладони.

— Майкл, ты параноик.

— Представь себе, — сказал Кэрни.

Валентайн Спрэйк отвернулся от сумеречного пейзажа за окном и быстрыми дергаными движениями пересек комнату, словно нечто, увиденное в камышах, его несказанно удивило. Он наклонился над столом Мэдоуза, подцепил кофеварку, поднес ко рту носик и отхлебнул кофе прямо оттуда.

— На прошлой неделе, — возвестил он, — мне стало известно, что Уризен вернулся и снова среди нас, а имя ему Старая Англия. Все мы дрейфуем в море пространства и времени. Подумай и об этом тоже.

Он развернулся и вышел из офиса, сложив руки на груди.

Мэдоуз ошеломился:

— Кэрни, кто это был, черт подери?

— Ой, лучше не спрашивай, — проронил Кэрни. И добавил непричемно: — Так что держись подальше от Брайана.

— Я же не могу вас двоих прикрывать до скончания века, — крикнул ему вдогонку Мэдоуз. В этот момент Кэрни понял, что Мэдоуз уже продал их «Сони».

Офисный центр «МВК-Каплан», в целом бесструктурный, разграничивали, создавая иллюзию уединения, легкие перегородки пастельных тонов. Выйдя из офиса Мэдоуза, Кэрни первым делом увидел на одной из них тень Шрэндер, каким-то образом спроецированную изнутри здания. Тень была в натуральную величину, сперва размытая и диффузная, затем резкая и рельефная; она медленно вращалась вокруг собственной оси, подобно кокону. Поворачиваясь, тень издавала шелестящий шум, которого Кэрни уже двадцать лет не слышал; запах он тоже помнил. Все тело Кэрни оледенело и сжалось от ужаса. Он отступил на несколько шагов, ворвался обратно в офис, сгреб Мэдоуза за ворот костюма и три-четыре раза с силой приложил его правой скулой о стеклянную глыбу.

— Господи!.. — густым голосом вымолвил Мэдоуз. — А-ах!..

Кэрни отволок его через офис к двери. Тут приехал лифт, и оттуда появился Спрэйк.

— Я его видел, — сказал Кэрни. — Я его видел.

Спрэйк осклабился:

— Но его уже нет.

— Ластами шевели, блин. Оно ближе, чем когда бы то ни было. Ему что-то от меня нужно.

Вместе они запихали Мэдоуза в лифт и спустились на три этажа. Тот начал приходить в себя, пока его тащили через вестибюль и наружу к берегу канала.

— Кэрни? — повторял он. — Это ты? Со мной что-то не так?

Кэрни отпустил его и начал с размаху пинать Мэдоуза по голове. Спрэйк протиснулся между ними, оттащил его и держал, пока Кэрни не успокоился. Они отволокли Мэдоуза на край воды и опустили в канал головой вниз, держа за ноги. Тот некоторое время пытался вынырнуть, выгибая спину, затем простонал и обмяк. По воде пошли пузыри. Кишечник Мэдоуза опорожнился.

— Господи, — выдохнул Кэрни, отскочив, — он мертв?

Спрэйк ухмыльнулся:

— Я бы сказал, что да.