Шла себе и шла, время от времени зовя Аксинью шепотом, боясь вновь услышать ужасающее эхо. Или напевала под нос. Что-то детское, позитивное. Это помогало не бояться. To бишь, бояться чуть меньше. Пару раз мелькнула мысль о возращении на озеро без девочки, но Лиза ее отбросила. Да и куда идти? После блужданий и петляний не поймешь где осталось растреклятое озеро…

— Ох… Неужели?

Впереди забрезжил свет. Обычный дневной свет.

Лиза побежала на него, потеряв бдительность, и тут же за это поплатилась, пропахала подбородком землю.

Захотелось разреветься, как обиженной девочке. Но Лиза сжала зубы, отряхнула пальто и пошла на свет. От слез точно никакого толка. Только выставит себя слабой и никчемной и перед Валентиной, и перед Аксиньей, если та, конечно, найдется…

Свет все приближался. Лиза шла, осторожно раздвигая ветки, чтобы не исцарапали лицо сильнее, чем есть. На губах и без того металлический вкус крови.

Последний рывок.

Лиза не без боя справилась с непослушными лапами елок и… вышла к озеру. На то самое место, которое покинула в погоне за девчонкой. Вон ее кроссовки лежат на берегу брошенные. А вон след от тела — там, где Лиза очнулась…

— Да чтоб вас всех!

Нет, ну правда, это форменное издевательство. Вышла туда, где начался путь!

И как теперь искать Аксинью спрашивается?

Ответ не заставил себя ждать.

— Ма-а-а-ама! Уберииииите!

Девчонка выскочила из леса, оставляя на ветках клочки синей толстовки. Сделала еще пару прыжков и шлепнулась, кувыркнувшись несколько раз.

— Спа-спа-спа… спаа-а-а-асите…. - взмолилась плаксиво.

— Гав! Гав-гав-гав!

Лиза в ужасе попятилась. Из леса вышел огромный пес. Нет, он вовсе не походил на оборотня из фэнтези или на знаменитую собаку Баскервилей. Но это не меняло сути. Лиза могла поклясться, что пес из ее прошлого. Пес, которого она боялась до смерти…

Он жил в деревне родителей тети Светы. Не всегда. Только в одно лето. У соседей. Сидел на цепи и лаял так, что Лизино маленькое сердечко трепыхалось. А по ночам пес выл. На луну, наверное. А Лизе чудилось, что к его вою присоединяются другие

— волков, что живут в лесу. Они подходили все ближе к деревне, чтобы похищать детишек.

Конечно же, и мама, и тетя Света объясняли, что это все неправда. Но у детей своя логика. Лиза не сомневалась, что пес призывает волков, чтобы те явились по ее душу.

А однажды… треклятая псина сорвалась с цепи и пробралась к соседям. Во дворе, как назло, была одна Лиза. Позже все говорили, что собака просто играла. Но попробуй убеди в этом ребенка, которого черная громадина повалила на траву.

Лиза на всю жизнь запомнила этот страх, такой, что невозможно ни шевельнуться, ни закричать. Остается только огромная пасть с желтеющими зубами и лязг, тянущейся за псом цепи…

И вот теперь эта псина приближалась к перепуганной Аксинье. И "играющей" точно не выглядела…

— Мамочки… — прошептала девчонка, закрывая голову руками.

Времени на размышление не осталось. Лиза схватила палку с песка и встала между собакой и Аксиньей. Замахнулась и крикнула:

— Пошел вон!

Пес зарычал. Но Лиза не отступила. Вспомнила советы из книг, что собакам непременно нужно смотреть в глаза и не показывать страха.

— Я сказала: пошел отсюда!

Она крепко сжимала палку, всем видом стараясь показать собственное превосходство.

— Здесь наша территория! И мы тебя не боимся!

Глупость несусветная. Лиза сама не понимала, с чего вдруг это вырвалось. Но именно последние две фразы подействовали на пса. Он завилял хвостом, гавкнул, но не яростно, а приветливо, выхватил из Лизиных рук палку и с деловым видом потащил прочь.