— Самоубийство подарило воде волшебные способности? — Лиза недоверчиво покачала головой. — Простите, но звучит совсем уж нереально. Самоубийство — страшный грех. Оно не способно принести ничего хорошего. Никому.

— Это было не совсем самоубийство, — Влад перестал грести, и лодка просто покачивалась на мелких волнах. — Скорее, жертва. Обряд, призванный спасти других людей. Ну, так рассказывают. По легенде Валентина отдала силы воде, чтобы та помогла ее родным.

— Ох уж, эти легенды, — Лиза поморщилась. Ей категорически не нравилось, что Влад верит в них. А он точно верил! — О тебе, кстати, их тоже ходит не мало.

Она охнула и зажала рот ладонью. Ну и вырвалось! А Влад рассмеялся.

— Не переживай. Я не обижаюсь. Это озеро тебя провоцирует. И, кстати, да, легенд о моей вполне скромной персоне придумано множество. Каждая партия гостей сочиняет новые. Либо же старые легенды обрастают дополнительными подробностями. Самая популярная, что я аферист и прячусь от закона. На втором месте история, как я потерял все деньги из-за недобросовестных банкиров и пытался утопиться в озере, но меня спасли и дали работу. Была даже версия, что я в порыве ревности убил возлюбленную и с тех пор скрываюсь тут под чужим именем.

Лизе полагалось смутиться или занервничать. Любая из "легенд" могла оказаться правдивой. Не просто же так молодой еще и привлекательный мужчина живет в глуши отшельником. Одно дело — Агата с мужем. У них бизнес. Влад в пансионате вряд ли зарабатывает большие деньги. А внушающая доверие внешность может оказаться обманчивой. Вова ходит пижон пижоном, строит из себя представителя высшего света. Никому и в голову не придет, что он домашний тиран и садист.

И все же Лиза не ощущала тревоги рядом с Владом. От него веяло надежностью.

— И как же дела обстоят на самом деле? — спросила она и схватилась за голову.

Да что такое творится с языком? Где ее хваленная скромность?

Влад расхохотался. Громко и задорно, да так, что покрасневшая от стыда Лиза не выдержала и сама заулыбалась.

— Расскажу. Однажды, — пообещал он и спросил проникновенно. — А тебя что сюда привело?

Лиза примолкла, растерявшись и, что греха таить, обидевшись. Сам о себе ни словечка, а ей в душу залезть пытается. Нехорошо. Влад, тем временем, продолжил давить:

— Сюда приезжают по двум причинам: убегают от чего-то или пытаются залечить раны, а иногда и то, и другое сразу.

Лиза болезненно поморщилась и отвернулась. Что он творит? Обещал прогулку, а сам завез на середину озера и задает жестокие вопросы. Она обвела взглядом берег и вздрогнула. На траве у воды сидела вчерашняя девочка, похожая на Сашеньку.

— Почему ребенка отпускают одного? — прошептала Лиза, обращаясь к самой себе.

— Днем озеро безопасно, — ответил Влад.

— Но Сашенька еще маленькая. О чем только родители думают?

— Сашенька? Вы знаете ее имя?

— Нет. Я… — Лиза растерялась, а на глазах выступили слезы. Вспомнилась вся цепочка событий: Вовина ярость, лестница, больница. — Я такой дочку представляла. Точь-в-точь.

Она громко всхлипнула, борясь с желанием спрыгнуть с лодки в воду. Нет, не чтобы утопиться. Уплыть! Подальше от Влада. А он не унимался.

— Дочку? Что с ней случилось?

Лиза не хотела отвечать этому бесчувственному чурбану, но слова сами потекли рекой.

— Вова — мой муж — решил, что ребенок не его. Мы пытались. Все семь лет брака. Но ничего не получалось. Меня проверяли. Несколько раз. Лучшие врачи. Вова не жалел денег. Все говорили, причин для бесплодия нет.