— Ладно, не хочешь знакомиться с Андреем, не надо, — Наташа, наконец, заметила Лизину отстраненность. — Я с тобой о другом поговорить хотела.

Лиза нахмурилась. Так эта встреча неслучайна?

— Извини за вчерашнее, — проговорила Наташа нараспев, но раскаяния в голосе не прозвучало. — Я переборщила.

— Это мягко сказано, — проворчала Лиза, вспомнив поведение девушки за ужином.

— Ну… Мне не стоило говорить о Татьяне и Степке. Тут не принято лезть в дела соседей. У каждого своя беда. Нужно собственные раны залечивать, а не бередить чужие. Просто я расстроилась. Из-за твоей свекрови. Свою вспомнила. Не состоявшуюся. Та еще стерва, строящая из себя интеллигенцию.

Наташа вдруг шмыгнула носом, как маленькая девочка. Лиза испугалась, что заплачет. Глаза-то припухшие после вчерашних слез в спальне. Но та взяла себя в руки. Уселась на скамейку, выкрашенную в голубой цвет, подставила лицо солнцу и зажмурилась.

— Мы с Пашкой в университете познакомились, — пояснила Наташа, не открывая глаз. Кажется, ей было все равно, слушает Лиза или нет. Хотелось выговориться. — Сразу начали встречаться. Это любовь с первого взгляда. Как удар молнии. Смотришь и понимаешь, что твой человек. Два года все было, как в сказке. А потом появилась Баба-Яга. Мамаша его. Как только мы жить вместе собрались, прилетела на помеле. В смысле, она не настоящая ведьма, как твоя. Просто змея гремучая. Видите ли, я не подхожу Пашке. У меня семья неблагополучная. В смысле, родители разведенные. А это их идеальной "династии" не подходит. Поставила Пашке условие: она или я. Сама понимаешь, кого он выбрал…

Лиза молчала. Наташе вряд ли понравится ее мнение. А оно гласило: ну и хорошо, что Пашка выбрал мать. Лучше пресечь отношения с маменькиным сынком на корню, чем потом мучиться. И возвращать такого не стоит. Нет смысла пытаться.

Вместо разговора о прошлом, Лиза заговорила о другом, сев рядом с Наташей.

— Скажи, ты веришь, что это место… хм…

— Волшебное? — подсказала та, наконец, открыв глаза. — Наверное. Я в такие вещи никогда не верила. Но едва в озере искупалась, вся тяжесть ушла. Ну, почти вся. Сразу жить снова захотелось. Дышать. А то все казалось, что вот-вот умру без Пашки. Ладно, хватит о грустном, — оборвала Наташа сама себя, вскочила и кивнула в сторону пустой детской площадки. — Идем на качели!

Но Лиза покачала головой.

— Нет, я лучше в домике полежу.

— Ну, как знаешь.

Наташа не обиделась. Улыбнулась и умчалась, а Лиза смотрела ей вслед, думая, что та похожа на антилопу — легкую, грациозную, способную бежать навстречу новому счастью.

***

Вечером Наташа не пришла на ужин.

— И где носит эту нахалку? — ругалась Татьяна, подкладывая Степану картофеля. — Обычно первая прибегает. Голодная. Утром и днем не ест ничего толком, мол, она на диете. А на ужине за весь день наедается.

Лиза уткнулась в тарелку, чтобы Татьяна не прочла по лицу осуждение. Понятное дело, подножка долго не забудется. Но злословить некрасиво в любом случае.

Не появилась Наташа и позже. Анатолий Антонович задремал в кресле за чтением газеты, Татьяна отправила Степана спать, а сама то и дело выходила на террасу и вглядывалась в темноту.