Итак, возникает вопрос: как же могло случиться, что евреи приговорили Иисуса к смерти?

Еще долго после того, как заглох мотор, Бен продолжал сидеть в своей машине и смотреть в темноту подземного гаража. Если искать решение проблемы в Евангелиях, то его там не найдется, ибо они содержали лишь нелогичные и сбивающие с толку противоречия. Однако ответ можно было легко найти, если рассматривать Евангелия в рамках соответствующих периодов истории.

Евангелие от Марка было написано вскоре после разрушения Иерусалима. В то время в Риме преобладали резкие антиеврейские настроения. Раз никак не удавалось обратить неевреев в новую веру – христианство, раз римский губернатор и убил их мессию, Марк всего лишь снял ответственность с Пилата и переложил ее на евреев. Этот простой выход сделал его Евангелие приемлемым для Рима.

Медленно приближаясь к дому, Бен печально покачал головой. Так кто же убил Иисуса?

К большому потертому конверту, который выпал из его почтового ящика, была прикреплена полоска бумаги, на которой сосед Бена что-то в спешке нацарапал. Почтальон приходил снова с еще одним заказным письмом и уже хотел оставить в почтовом ящике Бена извещение на желтой бумаге, как того случайно заметил сосед. Он снова расписался за получение.

Бен с чувством безграничной благодарности схватил конверт. Он купит соседу самую дорогую бутылку вина, какую удастся найти!

Бен быстро взбежал по лестнице, влетел в квартиру, опустился в кресло и вскрыл конверт. В нем он нашел обычную плохо напечатанную записку от Уезерби и еще один запечатанный конверт – пухлый, должно быть, в нем много фотографий; Бен выбросил записку Уезерби, не читая ее, вскрыл второй конверт и осторожно вытащил фотографии.

Знакомый почерк Давида бен Ионы.

Ревека была робкой и спокойной девочкой, в моем присутствии она часто застенчиво прятала лицо за вуалью. Не знаю, когда я впервые влюбился в нее, но моя любовь постепенно становилась все сильней. Я не знаю, какие чувства Ревека испытывала ко мне, ибо она часто опускала глаза, когда я смотрел на нее. Я считал ее хрупкой, маленькой птичкой, такой изящной и бесценной. У нее были маленькие руки и ноги и крохотные веснушки на лице. Всякий раз, когда я ловил на себе взгляд этих чудесных бледно-зеленых глаз, мне казалось, что я видел в них радость.

Мне следовало быть счастливым оттого, что я люблю нежную Ревеку, однако я таковым не был, ибо мысли о ней мешали мне сосредоточиться на учебе. Елеазар заметил это и дал мне мудрый совет. Но следовать ему было нелегко. Мне было семнадцать лет, и я с радостью взял бы Ревеку в жены. Но что я мог предложить ей?

Я был беден. Поскольку я изучал Тору, то мне приходилось жить скромно и радоваться тому, что мне выпала честь прислуживать раввину. Моя одежда была грубой и простой. Встречая ее, я всякий раз пытался не показывать протертые края плаща или места, которые я заштопал. Похоже, Ревека не обращала внимания на мою бедность, но я все же сомневался, может ли она стать моей невестой при таких обстоятельствах.

Мне предстояло учиться у раввина еще несколько лет, прежде чем я стану сам себе хозяином, и даже тогда, когда я стану знатоком Торы, мне потребуется время, чтобы заработать столь необходимые Ревеке деньги и завоевать уважение.

Я так пишу, мой сын, потому что это имеет прямое отношение к тому, что случилось впоследствии и стало решающим поворотом в моей жизни. Я сам, хотя и невольно, стал причиной следующего события, о котором ты должен знать правду, да и подлинную причину, почему я взялся за эти папирусы.

Но пока я должен рассказать, к чему привели моя бедность и любовь к Ревеке.

Свободное время, которое нам теперь предоставлял Елеазар, мы с Саулом проводили беззаботно. Каждую неделю один день и один вечер мы были свободны от учебы и бродили по улицам Иерусалима, осматривали сады за городскими стенами или ходили в гости к друзьям.