|
Вертя головкой, осмотрел беспомощного витязя. - Снуг, ты как? Носорог башки не повернул, но пробормотал: - Они выпивку поставили. Что-то вроде забродившего ящеричного молока. А мне пить хотелось. - Просто смерть как хотелось, да? - Похоже на то. - Голос звучал невнятно, что не было похоже на Снуга. - Но я не перебрал, честное слово. Наверное, туда чего-то подмешали. Банкан, не отрываясь от игры, вынужден был признать, что Снугенхатт и в самом деле не похож на пьяного. Музыка, пение и разговор насторожили сонного охранника. Первым суслик увидел Виза и пискляво осведомился, что он тут делает. Клещеед не ответил. - Эй, Граджелут! - позвал он купца. - Нужна ваша помощь. Тот подошел к носорогу, достал большой нож и принялся резать путы. Увидев это, суслик впал в неистовство и завопил во всю силу легких. Из шатров выходили, спотыкаясь, заспанные кси-мерроги. Банкан и выдры не обращали на них внимания. Ловкие пальцы дуариста были почти не видны в колышущемся серебристом тумане. Из самого большого шатра выскочил Первый Всадник, отвел лапу назад, и кто-то вложил в нее кривой меч. Размахивая клинком над головой, Чи-черог поспешил к беглецам. - Вы нарушили расписание, осквернили церемонию! И нам теперь придется ждать следующего полнолуния! Виз взлетел в воздух и напал на суриката, легко уходя от ударов меча. - Ты уж извини, крысиная мордочка, но мы тебя покидаем. Чи-черог замер в растерянности. Позади него собирались вооруженные земляки. - С чего вы взяли, что я вас отпущу? Неужели меня должна растрогать дурацкая серенада? Сомневаюсь, поскольку вчерашний ваш рассказ впечатления на меня не произвел. Я, Чи-черог, вождь племени кси-меррогов, не из тех, кто дает себя разжалобить бездарным трубадурам. - Это кто тут бездарный? - возмутился Банкан. Ничуть не меньше рассердились и выдры. За чистую кровь неповинно казненных, За горькие слезы гостей убиенных, В ловушку коварно врагом заманенных, Жестоко повязанных иль усыпленных, - Настал миг отмщенья За все прегрешенья, Момент искупленья За все преступленья. Но путы Снугенхатта не рассыпались и не растворились. И не поднялась крепчайшая невидимая стена, чтобы защитить путешественников от разъяренных жителей деревни. И не спешил на подмогу беглецам свирепый дракон или какой-нибудь другой могучий избавитель. Когда вооруженная до зубов толпа с Чи-черогом во главе пошла в атаку, Банкан не на шутку встревожился. У сурикатов хищно дергались острые носы, кровожадно блестели глазки. Юноша заиграл энергичнее, но это никак не повлияло на статус-кво, не помогли и самые неистовые стихотворные измышления выдр. - За эту возмутительную выходку, - заявил Чи-черог, - вы немедленно подвергнетесь традиционному закланию с последующим обескровливанием. Вы сможете наблюдать за собственной смертью, а также за ловкостью наших самок в обращении с ритуальными ножами. Считайте этот приговор особой честью, которой. |
