– Ты хочешь, чтобы я замолвил словечко, заступился за тебя? – В голосе Гарри не было и намека на серьезный тон.

"Я не имел в виду это, – быстро ответил Тибор, но тут же сообразил что к чему:

– Но если уж ты сам об этом заговорил..."

– Нет, это просто удивительно! – воскликнул Гарри. – Ты играешь словами, играешь со мной... но я вовсе не за этим сюда пришел. Со мной с удовольствием побеседовали бы сейчас миллионы других, а я теряю время с тобой. Что ж, я сделаю для себя соответствующие выводы. Больше я тебя никогда не побеспокою.

«Подожди, Гарри! – прямо из‑за могилы раздался голос Тибора, в котором явно слышалась паника. – Не уходи, Гарри! Кто же тогда поговорит со мной?.. Другого некроскопа не существует!»

– Лучше бы тебе всегда помнить об этом. «А‑а‑а‑х! Не надо мне угрожать, Гарри. В конце концов, я был и остаюсь всего лишь стариком, похороненным раньше времени. Если я вел себя не так, как следует, прости меня. А теперь лучше скажи, что именно ты хочешь узнать».

Гарри позволил уговорить себя.

– Хорошо. Дело вот в чем. Твой рассказ очень заинтересовал меня. «Мой рассказ?»

– Да, о том, каким образом ты стал тем, кто ты есть, точнее, кем ты был. Насколько я помню, это случилось тогда, когда Фаэтор заманил тебя в ловушку, заключил в темницу и передал тебе или внедрил в тебя...

«Свое яйцо! – перебил его Тибор. – Жемчужное семя Вамфири! Память не подводит тебя, Гарри Киф. И я по‑прежнему все прекрасно помню. Слишком хорошо...» – голос его неожиданно помрачнел.

– Ты не хочешь рассказать мне, что было дальше?

– Лучше бы я никогда не начинал этого рассказа. Но если таким образом мне удастся удержать тебя здесь подольше...

Гарри молча ждал.

– Да, теперь я вижу, что ты пришел сюда только ради этого, – простонал Тибор. – Хорошо...

Еще какое‑то время стояла полная тишина. Наконец Тибор продолжил свою историю...

* * *

"Что ж, представь себе вновь весьма странный старинный замок, спрятавшийся среди гор. Окутанные туманом стены, центральная арка над узким ущельем, башни, словно гнилые зубы, возвышающиеся в лунном свете. Представь себе и хозяина – существо, некогда бывшее человеком, но больше им не являющееся. Существо, называвшее себя Фаэтором Ференци.

Я уже рассказал тебе, как он... как он поцеловал меня. Ни один отец не целовал таким образом своего сына. Да, он вложил в меня свое яйцо. И если раньше я считал болезненными раны и переломы, полученные в битвах...

Яйцо вампира заставляет испытать поистине смертельные муки. Почти смертельные... однако они не убивают окончательно. Ибо вампир очень тщательно выбирает того, кому он доверит носить в себе свое яйцо, и он очень хитер и коварен. Этот несчастный должен быть очень сильным, крепким, обладать острым умом, при этом быть холодным и бездушным. Должен признать, что я вполне соответствовал всем требованиям. Да и могло ли быть иначе, если учесть, какую жизнь я вел?

Когда яйцо проникло внутрь, я испытал неописуемый ужас, а оно, выпустив во все стороны отростки и щупальца, начало продвигаться по моему горлу вниз, в глубину тела.