От размышлений при изучении собственной магической энергосистемы, что, кстати, может далеко не каждый маг (ага, я очень скромный, но тщеславие мне знакомо), меня отвлек недовольный стук в дверь. Естественно, дожидаться моего ответа или разрешения Зак, а это был именно он, и не думал, сразу войдя и с порога сообщив:

– К тебе там гость. Я его почти не знаю, он иногда покупает у нас некоторые укрепляющие составы и лекарства, но выглядит этот старик подозрительно. Ты кого-то ждешь?

А ведь Зак на своем уровне вполне способен почувствовать ауру, даже если маг ее скрывает.

– Подозрительный, потому что маг смерти? – уточнил я, на что получил утвердительный кивок. – Да, я его знаю. Не думал, что граф Томек Грахтарн придет прямо сюда, но… Раз уж пришел.

Зак немного удивился, скорее всего припомнив, что в нашем последнем разговоре я упоминал это имя. Не думаю, что лекарь испытывает сильный пиетет перед старым родом уже несуществующего, благодаря победе империи, королевства.

– Я впущу его, – решил маг жизни, – но разговор пройдет в моем присутствии.

– Вряд ли старик на это согласится.

– Тогда путь убирается, – отмахнулся мой друг. – Это моя больница, и здесь я устанавливаю правила.

Я улыбнулся. Склонность Зака к властности, когда он находился в пределах своей вотчины, меня всегда умиляла. Особенно это проявлялось в ситуациях, когда в полевой лазарет приносили раненых – в этот момент он мог отдавать приказы и вышестоящим офицерам, как правило, даже те ничего не говорили о таком поведении одного из лучших магов жизни в нашем формировании.

Старый граф в этот раз выглядел несколько лучше. Он походил на горожанина и потому мог легко смешаться с толпой. Завидно. Начинаю думать, что, пока я тратил впустую время, просиживая задницу в темнице, все вокруг оттачивали новые умения. Томек зашел в палату, а затем обернулся на следовавшего за ним мага жизни, вставшего у стены. Опережая обоих, я говорю:

– Граф Грахтарн. Разрешите представить, Зак Эрлоу, мой сослуживец и друг. Он в курсе всех событий, и я ему полностью доверяю.

Томек хмыкнул, в этом звуке слышалось некоторое одобрение. По крайней мере, очень хочется на это надеяться.

– Дружба в наше время очень дорого стоит, так что это на твое усмотрение, – проворчал он. – Главное, чтобы во время следующей нашей встречи круг твоих друзей не вырос до десятка человек.

Он сделал шаг вперед, оглядывая мою руку.

– Уже успел с кем-то поцапаться? Дай угадаю, лютоволк? – он сморщился, что-то шепотом проговорив.

Из того, что я сумел разобрать, это была ругань.

– Да. Только непростой лютоволк, – добавил я.

– Сам знаю, что непростой. А еще очень хочу знать, каким образом они их делают?

– Они? – я насторожил слух.

Но ответ меня разочаровал:

– Имперцы. Кто-то из клубка их интригующих друг с другом знатных родов. Большая Пятерка изрядно ненавидит друг друга, чтоб ты знал, – нравоучительно произнес старик, словно втолковывал детишкам всем понятные вещи.

Он потянулся к моей руке, будто желая ее осмотреть.

– Я бы попросил вас, граф, не трогать моего пациента, – встрял Зак, настороженно следя за действиями мага смерти.

– Я уже давно не граф, – отмахнул от него Томек. – И я не лечить его собираюсь, мальчишка. Это ваша, жизнелюбов, прерогатива. Но есть вещи, которые вы, даже на пике своих сил, заметить неспособны.