— Банкрофт?

— Я смотрю, тебе гораздо лучше, — раздался ее чуть хрипловатый деловитый голос.

Он повернулся и увидел ее. Взгляд его сразу смягчился.

Она стояла в потоке солнечного света. Ее волосы, тщательно уложенные в прическу, отливали золотом. На ней была белая блузка из поплина, застегнутая по самое горло. Один рукав был порван. На щеке виднелась царапина.

— Ты поранилась? — В голосе Теда слышалось беспокойство.

— Я... я ходила... Нет, со мной все в порядке...

У него перед глазами мелькнули обрывки резинового шланга и остатки акваланга Дейерде, валяющиеся на песке.

— Ты где была? — резко спросил он.

— Расплачивалась за косилку, которую ты...

— Которую разбила ты, — закончил он за нее. — На это потребовалось чертовски много времени...

— Уолли разговорился на тему расширения отеля.

— А ты, разумеется, тут же попросила показать план и стала давать советы.

— Видишь ли, я действительно кое-что смыслю в строительстве. Надо же помочь бедным...

— Так я и знал! Нет, это ж надо! Хлебом не корми — дай покомандовать! Бедный Уолли!

— Тетя Джесс, не сердитесь, что папа все ворчит на вас. Он еще болен, да и вообще он всегда так ведет себя, когда сидит без дела в полном одиночестве.

— Ворчу? — недовольно воскликнул Тед. — В одиночестве? Да я от души отдыхал, пока ее не было.

Лиззи прижалась к тете, словно желая защитить ее.

— Ты совершенно права, милая, — как ни в чем не бывало поддакнула Джесс сладким и язвительным тоном, не обращая ни малейшего внимания на Теда, лаская племянницу и завязывая ей ленточку. — Сейчас он просто невыносим. — Джесс помолчала. — Но вся беда в том, что когда он здоров, то бывает более невыносимым.

Лиззи еще крепче прижалась к тете, и Тед, видя это, с трудом удержался от раздражительных сентенций. Почувствовав укол в сердце — укол ревности, — он молча смотрел, как Джесс ласково гладит девочку по рыжей головке и лицо ее при этом задумчиво и нежно.

— Посмотри, тетя Джесс! Он сбрил бороду!

— Я вижу.

Джесс посмотрела на Теда, постаравшись придать серьезное выражение своему лицу. Внезапно она очаровательно улыбнулась, и глаза ее загорелись. Гнев и ревность тут же улетучились, и Тед уставился на нее, ошарашенный.

Наступило молчание. Лиззи, которой надоело ластиться, вырвалась из тетиных объятий и помчалась по поляне вдогонку за яркой бабочкой. Какое-то время взгляд Джесс следовал за убегающей Лиззи. Затем она повернулась к Теду.

— Полагаю, большинство женщин, которые не знают тебя так, как я, одобряют твою внешность, Джексон.

— Ага, но ты, которая знает меня как облупленного, — и глаза его сверкнули веселой злостью, — ты тоже одобряешь.

— Я бы так не сказала. Я действительно искренне осуждаю твою самонадеянность, самовлюбленность... Короче, все твои недостатки. Но я понимаю: в мужчине главное — характер, и он у тебя есть.

— Спасибо, что хоть что-то тебе во мне нравится, — снова подмигнул он. — Не так уж плохо для начала.

— Для начала?

— Начала в нужном направлении, — проговорил он с беззаботным видом и исподлобья глянул на стройную полногрудую женщину, стоящую перед ним. На ней были ее обычные шорты цвета хаки, открывающие на обозрение длинные загорелые ноги. Но он не смотрел на ее красивые ноги. Взгляд его был прикован к распирающему поплин роскошному бюсту.

Он видел эти груди, эти спелые сочные груди с их малиновыми сосками, прижимающимися к его телу при каждом ее вздохе сегодня ночью.