-  И что с ними случилось? Я имею в виду настоящего сына Исайи и его мать.

    -  Они умерли. Их убили крестоносцы Александра после взятия тамошнего Иерусалима.

    -  А как Александр узнал, что убитый ребёнок был сыном Исайи?

    -  По фамильным драгоценностям, которыми Исайя щедро одаривал свою любовницу. Видно, он был от неё без ума.

    -  Но это ещё не значит, что ребёнок был сыном Исайи, - заметила я.

    -  Чёрт тебя подери, Бренда! - разозлился Джона. - Какое имеет значение, был ли этот ребёнок сыном Исайи или самого Навуходоносора, главное - подарки. Они были сделаны по его личному заказу в Доме Израилевом, при помощи магических технологий и имели клеймо королевской ювелирной мастерской.

    -  Значит, Александр использовал эти вещицы, чтобы выдать тебя за сына Исайи?

    -  Вот именно. Он был рад, как дьявол, когда убедился, что я подхожу по группе крови. Разумеется, анализ на структуру ДНК выдал бы меня с головой, однако мы решили рискнуть, положившись на неприятие в Домах каких-либо генетических исследований. Александр поселил меня на Земле Без Арафата, которую часто посещали дети Израиля, снабдил легендой и научил некоторым нехитрым фокусам. В соответствии с нашим планом я немного выждал, приспособился к новым условиям, затем устроился работать в цирке иллюзионистом. Ясное дело, на меня вскоре обратили внимание и обнаружили, что я непробуждённый колдун.

    -  И тогда ты рассказал вымышленную историю о своих родителях?

    -  Никакой истории. Александру ума не занимать. Он прекрасно понимал, что чем больше будет вранья, тем скорее я запутаюсь в подробностях и вызову подозрения. Поэтому я прикинулся круглым сиротой, не помнящим ни отца, ни матери. Дескать, меня воспитывала одна добрая женщина, а после её смерти я скитался по свету, перебивался случайными заработками, время от времени был вынужден продавать драгоценности, возможно фамильные… Вот тут-то всё и началось. По большому счёту, я не выдавал себя за сына Исайи, меня признали таковым. Притом безоговорочно. - Джона ухмыльнулся. - Царь Давид принял меня с распростёртыми объятиями и даже заявил, что я живо напоминаю ему Исайю. До чего люди бывают слепы!

    -  Ошибаешься, - медленно произнёс Амадис, чьё лицо стало бледным, как полотно. - Ты действительно похож на Исайю - в той же мере, в какой похож на всех нас.

    Джона удивлённо воззрился на него:

    -  О чём ты?

    Амадис вздохнул:

    -  Ты никогда не задавался вопросом, почему я так выделял тебя среди прочих приближённых Рахили? Ведь я считал тебя своим внуком… но на поверку ты оказался моим племянником.

    Вслед за этим ошеломляющим заявлением в комнате воцарилось гробовое молчание. Пенелопа отняла от лица руки и растерянно заморгала влажными от слёз ресницами. Морган переводил озадаченный взгляд с Амадиса на Джону и обратно. Дионис почему-то толкнул меня локтем в бок.

    «Брат, - мысленно отозвалась я. - Это правда?»

    -  Чистая правда, - ответил Амадис вслух; голос его дрожал от гнева. - Исайя был моим сыном, а тот ребёнок, которого убили бешенные псы Александра, был мой внук. Жаль, что я так поздно узнал об этом.

    В этот момент я поняла, что Александру подписан смертный приговор. Вопреки своему пацифизму и нежеланию иметь дело с оружием, Амадис не успокоится до тех пор, пока не найдёт Александра и не отплатит ему за смерть внука.

    Джона попытался с издёвкой рассмеяться, но смех застрял в его горле, и он закашлялся.