Благодаря стремительности своего наступления Сети вступил в пределы Сирии, не встретив сопротивления, — царь хеттов Муватали не успел собрать свои полки и предпочел наблюдать за ходом событий издалека. Поэтому защитникам укрепленного города Кадеш, символа мощи хеттов, ничего не оставалось, кроме как открыть ворота; их застали врасплох, и они вряд ли смогли бы отразить многократные осады. Сети, на удивление своим генералам, довольствовался тем, что воздвиг стелу посреди города, вместо того чтобы сравнять крепость с землей. Это вызвало глухой ропот военачальников, которые могли лишь недоумевать, к чему приведет столь странная стратегия.

Как только египетская армия удалилась от Кадеша, Муватали со своей армией занял крепость, вновь оказавшуюся во владении хеттов.

Затем последовали переговоры. Чтобы избежать кровопролитных столкновений, оба властителя через своих послов сошлись на том, что хетты больше не будут поднимать бунты в Ливане и финикийских портах, а египтяне не будут больше вторгаться в Кадеш.

Это был мир; непрочный, конечно, но мир.

Царь появился всего на мгновение, уступив своему старшему сыну право наслаждаться славой успешного похода. Бывшие ученики «Капа», которым прочили блестящее будущее, — Моис, Амени и даже Сетау, одетый по случаю в роскошное платье, одолженное ему Рамзесом, также находились в числе приглашенных.

Амени, все такой же настойчивый, разговаривал с двумя чиновниками из Мемфиса, ненавязчиво расспрашивая о недавно закрывшихся мастерских по производству чернильных палочек. Однако его упорство не увенчалось успехом.

Сетау срочно вызвал к себе управляющий Шенара: в подвалах, предназначенных для хранения кувшинов для молока, обнаружили змею. Юноша отыскал подозрительную нору, сунул туда чеснока и заткнул отверстие приманкой в виде рыбы. Несчастному пресмыкающемуся никогда уже не выбраться из своей норы. Удовлетворение управляющего, которого Сетау нашел слишком самодовольным, было недолгим: когда знаток вынул красно-белую змею с выступающими из челюсти клыками, вельможа со всех ног кинулся прочь. «Дурак, — подумал Сетау, — всем известно, что эти змеи совсем не ядовитые».

Моис находился в окружении хорошеньких женщин, очарованных его величественной осанкой и мужественностью; многие из них не прочь были бы приблизиться к Рамзесу, но красавица Исет заняла неприступную оборону. Оба молодых человека успели заработать себе хорошую репутацию: Моису прочили высокие административные посты; все говорили о смелости Рамзеса, которого в армии, несомненно, ждало высокое положение, в котором ему отказали при дворе.

Друзьям удалось улизнуть в промежутке между двумя танцами, и они очутились в зеленом сумраке сада.

— Ты слышал речь Шенара?

— Нет, у моей нежной подружки нашлось другое занятие.

— Твой старший брат утверждает, и все ему верят, что он проявил себя великим завоевателем в этой кампании. Благодаря ему потери в рядах египтян были сведены к минимуму, дипломатия взяла верх над силой. К тому же он распускает слух, что Сети выглядел усталым; власть изматывает, и назначение Шенара правителем уже не за горами. Он развивает уже программу управления: приоритет международной торговле, уход от всяких конфликтов, экономические соглашения с нашими прежними худшими врагами.

— Противно слушать.

— Отвратительный субъект, согласен, но его идеи заслуживают внимания.

— Протяни хеттам палец, Моис, они тебе всю руку отхватят.

— Война ничего не решает.

— Шенар принесет в Египет унижение и разруху. Земля фараонов — это особый мир. Когда она оказалась слабой и беспечной, азиаты захватили ее; потребовалось много мужества, чтобы выдворить захватчиков и прогнать их подальше от наших границ.