— Капитан, радируйте на Гибралтар, чтобы ждали ночью гостей, — признал план лорда Струана логичным Девид Дирк. — Флоту огонь не открывать! Пропустить караван!

Броненосец «Морской казак» прошёл почти впритирку с английским флагманом. Русские орудия смотрели немигающим чёрным оком на затаившихся врагов. Уже почти миновав цепь британской эскадры, шаман, стоявший статуей на носу броненосца, обернулся и приподнял могучей рукой огромный крест, развернув его к английскому флагману и заставив сверкнуть ярким золотым бликом.

В тот же миг ураганный порыв ветра с тыла налетел на капитанский мостик, где у перил столпилось всё командование эскадры. Фуражки мигом сорвало с голов офицеров и бросило к борту, обращённому в сторону уходящего русского броненосца. Невидимой воздушной волной с флагштока сорвало британский стяг, и унесло трепыхающееся полотно, словно чайку, подхваченную штормовым порывом ветра.

Внимание всех офицеров и матросов отвлеклось на полёт сорванных фуражек и флага. Воздушный порыв сильно толкнул одних в спины, других хлестнул по лицам. Никто не уследил, как так случилось, что тело адмирала Девида Дирка перевалилось через перила капитанского мостика и шлёпнулось с верхотуры на палубу. Красная клякса испачкала выдраенную до блеска палубу.

Неожиданная трагедия ошеломила командный состав. Если до этого люди ещё пытались объяснить творящуюся чертовщину какими-то казацкими фокусами и диверсиями на кораблях, то гибель адмирала не поддавалась логике. Взмах чёрного шамана золотым крестом воспринимался однозначно, как сигнал дьявола. Спорить с морским дьяволом, суеверным мореходам, очень не хотелось. Ибо все под богом ходят, а господь в этот день отвернулся от англичан.

Подтверждением такому выводу стало разблокирование лебёдок якорных цепей, и появление тяги в пароходных трубах, только лишь после удаления казацкого конвоя на значительное расстояние. Стрелять вдогонку эмигрантам желание у морально подавленных британцев не возникло. Пусть отомстят пушки гибралтарских бастионов.

Позже было решено объяснять трагическую гибель адмирала его самоубийством. Гордый офицер не вынес поругание чести и немедленно свёл счёты с жизнью.

— Стрелять в спину, супостаты, теперь не станут, — успокоил компаньонов Алексей, заняв место в капитанской рубке. — Идём на Гибралтар!

Спорить со святым пастырем никто не стал. Шаман уже показал, что умеет как-то управлять ветром и видеть далеко за горизонтом. Видно, пророк из него тоже великий.

Полковник контрразведки тщательно сравнил рисунки казака с реальными контурами вражеских кораблей. Кондрашову пришлось признать, что, либо разведка у казака намного осведомлённее, чем агенты белогвардейцев, либо… Алексей умело прикрывается шаманскими фокусами, а сам пользуется покровительством сил иного мира. Вон, в Египте, какие ограменные пирамиды кто-то воздвиг. По слухам, и в Америке нечто подобное построено. Может, этим и объясняется тяга Сына Ведьмы в дальние, дикие края? Как бы то ни было, но за пастырем — чудотворцем народ валит толпой. Сегодняшние святые деяния, с дымом и ветром, батюшке тоже в зачёт пойдут — всех впечатлил! Даже на англичан шаман как-то гипнотически подействовал: убедил не стрелять, погасить паровые котлы, не поднимать якоря и не помышлять мчаться в погоню. Уж очень нетипично действовал решительный адмирал Девид Дирк, не в своём стиле. Наваждение какое-то!

Доверяя чутью Сына Ведьмы, конвой пошёл на ночной прорыв через Гибралтарский пролив.