— Голосом можно только в пределах видимости переговариваться или с мощной береговой станцией, — пояснил профану полковник Кондрашов. — Да и не на всех кораблях имеются современные станции. Избаловались вы, анархисты, под рукой товарища Ронина.

— Когда подкрадёмся к эскадре ближе, англичане фокус с дымовой завесой раскусят, — с надеждой на очередное чудо, глянул казаку в глаза капитан.

— Алексей Ильич, известны ли радиочастоты для голосовой связи с англичанами? — что-то задумал новенькое шаман — затейник.

— Можем выйти на международной аварийной частоте, — пожал плечами Лебединский. — Только, господин Ронин, сказать нам англичанам нечего.

— Доверьте, господа офицеры, ведение переговоров мне, — огладив бороду, взял ответственность за дипломатическую часть батюшка Алексей.

Капитан переглянулся с генералами и высшими офицерами, заполнившими рубку и часть капитанского мостика — возражений не увидел.

— Берите бразды в свои руки, батюшка, — указал капитан на место подле радиотелеграфиста.

— Эх, видно не дадут супостаты чинно молебен провести, — оглянулся в окно на палубу пастырь. Там, помахивая дымящим кадилом, читал матросам псалтырь отец Онуфрий. — Андрюха, устанавливай-ка граммофон на стул рядом с нашей радиостанцией. Ты не забыл прихватить из кают — компании пластинку?

— Всё в комплекте, атаман, — притащил из угла рубки проигрыватель с широким медным раструбом завхоз и водрузил подле радиста. — Матросик, переключайся на нашу станцию — музыку будем транслировать.

— Чуток ещё погодим, — притормозил торопыгу Алексей. — Пока вражины не обнаружат караван.

Однако ждать пришлось недолго. Англичане раскусили казацкую хитрость с дымовой завесой и обратились уже именно к капитану «Пантелеймона». Они хотели обыскать броненосец и взять только «своё» золото. После проведения досмотра, обещали отпустить в свободное плавание.

— Снять дымовую завесу! — неизвестно кому скомандовал начальник экспедиции, и уже радисту Алексей поручил: — Выйти на радиосвязь по голосовому каналу.

Чёрная завеса тумана медленно поднялась клубящимся облаком к небу, открывая вид по курсу конвоя. Английская эскадра, вытянувшись цепью, перекрывала проход к Гибралтару. Диск солнца уже прятался за корабельные трубы, из которых начинал струиться слабый сизый дымок.

— Долго же чухались джентльмены — вплотную подпустили, — удовлетворённо потёр ладони казацкий шаман.

— Да у нас стволов главного калибра меньше, чем у врагов кораблей, — не понял капитан, чему так радуется штатский поп.

— Алексей Ильич, прикажите нацелить башенные орудия лишь на броненосцы, — не стушевался под колким взглядом сурового моряка его молодой тёзка.

— По два ствола на корабль, — тяжело вздохнув, подвёл баланс капитан.

— Если в упор шарахнем — мало не покажется, — не унывал молодой оптимист. — С ближней дистанции не промахнёмся.

— Пожалуй, так, — дёрнул плечом капитан и посчитал нужным напомнить анархисту: — Только, если бы снаряды имелись в наличии.

— А мы о недостаче, англам не доложим, — рассмеялся беспечный казак. — Пусть боятся.

— Вступать в бой одним броненосцем против целой эскадры — самоубийство, — флегматично зевнул капитан, спрятав подрагивающие пальцы в карман морского кителя.

— Ага, мы такие! — рубанул ладонью воздух, и ещё громче захохотал сумасшедший казак.