— Я не поддамся на провокацию, — поджав губы, упорствовал вождь.

— Потому что ещё не готовы к войне, и не можете атаковать врага, — понимающе кивнул Ронин. — Так давайте постараемся не провоцировать немцев на ускорение агрессивных планов. Будем делать вид, что по–прежнему верим их заверениям о мире и выгодном сотрудничестве.

— Я так и делаю, — сквозь зубы проворчал Сталин. — Гитлер не посмеет напасть, он должен понимать, что его ждёт.

— Генералы любят играть в военные игры на картах, — улыбнулся настырный парагвайский атаман. — Давайте и мы с вами сыграем. Тем более что и подходящая карта под рукой имеется.

По мановению руки залётного чародея, карта Советского Союза снялась с гвоздика на стене и, словно волшебная скатерть, расстелилась на полу перед диваном правителя страны. Заморский факир зачерпнул из правого кармана горсть чёрного порошка и по воздуху послал тёмное облачко на очертания западной границы Союза, расположив со стороны Европы. Из левого кармана фокусник извлёк горстку светлого порошка и отправил на советский край карты. Чёрный порошок жирной змеёй изогнулся вдоль границы, а белый редкими кучками рассыпался по изображению европейской части СССР.

— Ну, примерно где–то так сейчас всё и выглядит, — сидя на подоконнике, наклонил голову организатор военно–штабной игры. — Только, Иосиф Виссарионович, в этой партии первыми будут ходить чёрные, а мы с вами будем лишь сторонними наблюдателями.

— Кто же будет двигать войска? — удивился странным правилам полководец.

— Тёмные силы, — зловеще рассмеялся чародей–призрак. — Всё уже заранее предопределено судьбой: коварный агрессор атакует, светлые защитники движутся навстречу врагу. Ведь вы же, товарищ Сталин, не дадите воинам света приказа отсиживаться в обороне или отступать?

Сталин недовольно нахмурил брови, но возражать не стал. Диспозиция войск примерно была похожа на действительную, и логичные установки по ведению решительных боевых действий верные.

В тишине комнаты громче зазвучал стук шаманского бубна. Чёрная змея, разлёгшаяся вдоль очертаний границы СССР внезапно начала разлагаться, стремительно превращаясь в полчища жирных тараканов. Навстречу им храбрыми муравьями двинулись светлые силы. При соприкосновении чёрного и белого порошка сыпались искры, возникали сизые облачка дыма. Но вражьи тараканы лезли плотными группами, спрессованный чёрный порошок горел хуже белых рыхлых россыпей. Кроме того, часть светлого воинства охватывалась чёрными клешнями вражеских армий, и тогда белые крупицы не сгорали, а принимали серый оттенок, словно отсыревший порошок, и оставались недвижимыми кучками лежать на карте.

— Лишённые тылового снабжения, окружённые армии теряют энергию и попадают в плен, — пояснил происходящие несуразности в районе Белоруссии парагвайский факир.

— Красноармейцы не сдаются, — сквозь зубы прошипел возмущённый вождь.

— Тогда откуда бы взялись в Парагвае поселения бывших красноармейцев, вызволенных из польского плена? — жестоко напомнил факты истории боёв Гражданской войны казачий атаман.

Однако Ронин честно постарался оказать помощь отступающим светлым силам. Факир достал ещё пригоршню белого порошка и послал облачко вглубь страны, откуда белые крупинки, сформировавшись в тонкие нити, потянулись к линии фронта.

— И не отступают, — глядя на пятившиеся под напором чёрной массы белые группки, продолжил возражать творимой профанации Сталин.

— Тогда они тоже попадают в плен, — пожал плечами безжалостный парагваец и показал взглядом на оказавшиеся окружёнными уже в районе Киева части светлых сил.