— Началось?! Неужели получилось?! — послышались среди парней радостные возгласы.

Тут же за дверями что-то загрохотало, что-то упало, ударил одиночный выстрел, дверь раскрылась, и на пороге появились какие-то люди. В подвале было еще темно, и кто это — не разберешь.,

— Товарищи советские солдаты! — послышался взволнованный голос. — Я — полковник афганской армии Мохаммад Наим. Выходите, восстание началось!

— Взвод! — воскликнул Тамарин, — за мной. — И первым бросился к дверям.

Уже во дворе Тамарин крепко пожал руку Мохаммаду Наиму и представился:

— Командир взвода старший сержант Тамарин.

— Очень приятно, — ответил полковник, пожимая ему руку. — Сейчас мы вас вооружим.

Он повернулся и что-то спросил у своих людей. От этой группы отделилось трое и жестами пригласили советских солдат следовать за ними.

Тамарин отыскал Сейсейбаева и предупредил его, чтобы он постоянно находился рядом.

Мохаммад Наим сказал Тамарину:

— Получайте оружие, и встретимся у здания, где была ваша камера. Там и будет находиться штаб восстания. Будьте осторожны, как видите, стрельба разгорается.

И действительно, автоматные и пулеметные очереди, одиночные взрывы гранат доносились со всех сторон. В воздухе золотистой цепочкой проносились трассеры.

С разных сторон в воздух одна за другой взвились сигнальные ракеты.

Тамарин, увлекая за собой товарищей, быстро зашагал за провожающими. В длинном приземистом каменном здании без окон с одним выходом располагался огромный склад. Обе половинки большой двери были раскрыты настежь, внутри горел свет. Тамарин вошел и присвистнул:

— Ого! Здесь вооружения хватит на целую дивизию.

На длинных стеллажах и просто вдоль стен в штабелях стояло множество ящиков. Все верхние ящики, очевидно, служили образцом «товара», хранящегося в штабеле.

Вооружившись, солдаты подошли к зданию, где их дожидались афганские командиры. Было уже светло. Мохаммад Наим ставил задачу командирам групп.

Увидев Тамарина, он подозвал его к себе.

— Очаги сопротивления уже подавлены. В плен взято более двухсот душманов, многим удалось убежать, но много и погибло. Предлагаю план наших дальнейших действий. Территория базы прямоугольной формы, она обнесена высоким дувалом. Изнутри к нему примыкают восемь зданий. Все они с плоскими крышами на уровне верхнего гребня дувала. Я думаю, что эти здания мы должны использовать как узловые элементы нашей обороны. В дувале имеется трое ворот, там мы должны тоже держать значительные силы. Кроме этого, внутри базы имеется шесть строений. Я считаю, что на их крышах надо разместить средства противовоздушной обороны.

Тамарин выждал, пока полковник сделает паузу, и спросил:

— Скажите, а разве мы не уйдем в горы, чтобы пробиться к своим?

Мохаммад Наим грустно улыбнулся.

— Мы так и рассчитывали. Но есть некоторые изменения. Между базой и горами стоит пакистанская воинская часть. У нее танки, бронемашины и артиллерия. Выйти сейчас на равнину, значит, стать мишенью для авиации и артиллерии. В связи с этим я предлагаю занять круговую оборону. По радиостанции связаться с афганской армией и начать переговоры с пакистанскими властями, требуя передать нас представителям Афганистана и Советского Союза.

Тамарин понимал, что иного, более разумного пути нет. В любом случае, они вырвались из душманских застенков, вооружены и могут постоять за себя. Он нетерпеливо спросил:

— Какую позицию отводите нам?

— Среди ваших солдат есть гранатометчики?

— У нас все солдаты умеют обращаться с этой трубой.

— А наши нет, — улыбнулся полковник.