— А где же жена? С тобой живет?

— Нет, в деревне.

— Чай, на побывку приезжает?

— Случается…

— А тогда, когда это случилось, была она здесь или нет? — задал быстро-быстро вопрос Путилин.

— Была… — ответил дворник, но сейчас же добавил: — А впрочем, не помню… Может, и не было.

— Ну, покажи мне теперь дом. Идем.

Небольшой двухэтажный домик убитой ростовщицы, занимающий половину двора, производил неприятное впечатление. Уныло глядели на двор грязные запыленные окна. Местами штукатурка отвалилась, образуя впадины.

— Старый дом… — проговорил Путилин.

— Я говорю, не понравится он вам, господин.

— Все же осмотрим его внутри.

Какой-то противный кислый, затхлый воздух стоял в комнатах с низкими потолками, заставленных старинной мебелью.

— Что же родственники мебель-то не вывезли? — поинтересовался Путилин.

— А они так решили: когда продадут дом или сдадут, тогда и вывезут. А пока, мол, пусть стоит здесь.

Известный сыщик занялся подробным осмотром комнат.

— Здесь, вот в этой комнате, и была убита твоя хозяйка?

— Так точно.

Иван Дмитриевич нагнулся над одним местом на полу.

— Здесь вот она и горела, задушенная… — продолжал Путилин. — Так?

— Так. А вы-то откуда это знаете, господин?

Путилин сделал паузу, пристально поглядел на дворника и таинственным голосом тихо прошептал:

— А ты разве не знаешь, что то место, где совершается убийство, злодеяние, где лежит труп убитого, всегда хранит особые следы? Кровь убиенного взывает об отмщении. Знаешь это?

Лицо дворника побледнело, какая-то судорога пробежала по лицу.

— Откуда ж я могу это знать… — пробормотал он в сильном волнении. — А вот вы-с насчет крови говорите, так крови-то не было, потому как хозяйку мою задушили, а не зарезали.

— Твоя правда… — пробормотал Путилин. — Ишь как мебель-то попортилась от огня!

И, проговорив это, он внимательно стал ее рассматривать.

— А ты молодец, что пыль-то с мебели стираешь. Радеешь о хозяйском добре. Стирай, стирай, мебель хорошая, красного дерева.

— Какая-с пыль? Никакой пыли я не стираю… — быстро ответил дворник.

— Да неужто? А как же на всем этакая толща пыли понасела, а на стульях, на шкафу, на рамах картин ее не имеется?..

Дворник пробормотал что-то невнятное.

— Ты бы уж заодно и от мышей ее берег, от крыс. Может, я куплю у наследников мебель-то эту.

— От каких таких мышей? — уже злобно выкрикнул дворник. — Ни мышей, ни крыс не водится здесь.

— Да ну? — удивился Путилин. — Кто ж это в таком случае рамы подгрызает, ножки, спинки диванов и стульев?

И, не ожидая ответа, вдруг огорошил дворника вопросом:

— А правду ли говорят, что после убитой мало денег нашли? А она ведь страшная богачка была…

Путилин близко-близко подошел к дворнику и, опять понизив голос до таинственного шепота, бросил:

— А что, если она, убитая, скаредная старуха, хранила их где-нибудь в потайном месте? А? Может, запрятала их куда-нибудь?

Дворник отшатнулся от странного посетителя.

— Вы… вы, извините, господин, что это вы все меня убийством шпыняете? — проговорил он дрожащим голосом. — Чудное, право, дело: пришли насчет найма дома, а сами все о другом речь ведете.