|
Ты вот, Варварушка, и так сдурила: ишь, кольцо-то убивца на пальчик надела. Снимай его скорей, давай сюда! Неравно кто увидит…
И быстрым движением посланец сорвал кольцо с пальца ошеломленной диковинной новостью женщины.
— Ну, живо собирайся! Где у тебя добро-то схоронено?
— Здесь… Вот, в подвале.
— Идем. Я возьму все, а ты живо одевайся, лошади ждут нас у околицы. Вещей никаких не бери, потому как Кузьма сам скоро в деревню приедет. Все, говорит, тогда сам заберу, так ты ей и скажи.
— Ох, головушка ты моя! — нараспев, сокрушенно протянула Варвара и повела гостя в подвал.
Там, прикрытый грязным тряпьем, стоял большой сундук, старый, ветхий.
— Здесь вот. Обожди, выну все. — И жена дворника убитой ростовщицы, нагнувшись, стала вынимать золотые вещи и пачки денег.
Путилин быстро поднялся по лесенке и громко, пронзительно свистнул. Как ужаленная отскочила от сундука красавица баба и замерла, охваченная неописуемым ужасом.
— Что это… что это ты делаешь?! — пролепетала она с перекошенным от страха лицом.
— Свищу. Слышишь, чай?
— А почто свистишь?
— Полицейского и понятых зову, красавица-разлапушка! — спокойно ответил Путилин.
В избу вошли полицейский и понятые. Охнула высунувшаяся из подполья Варвара Ермолаева и замерла, окаменела.
— Сюда, братцы, живо! — загремел голос Путилина. — Живо, живо составляйте протокол! Всем вам награду выхлопочу, потому что накрыли мы настоящего убийцу.
Спустились в подполье. Варвара оказала некоторое сопротивление. Она никак не хотела расставаться с заветным сундуком. Ее оттащили от него силой.
— Так вот ты кто! — подступила она в бешенстве к Путилину. — Вот ты за каким делом приехал сюда!
— Свяжите ее и выносите в тройку! Вы поедете в Петербург со мной! — отдавал распоряжения Путилин.
Когда была составлена опись найденного, Путилин, захватив все сокровища с собой, повез жену преступника в Петербург. Его сопровождал полицейский. Дорогой у него состоялось длинное объяснение с Варварой Ермолаевой.
— Слушай, Варвара, ты понимаешь сама, что муж твой попался. Это ведь он убил старуху-ростовщицу.
Баба упорно отнекивалась:
— Знать не знаю, ведать не ведаю.
— Да ведь он и ты пойманы с поличным: у вас в доме найдены деньги убитой, кольцо того человека, который невинно страдает, которого присудили к плетям и каторге. Сознайся откровенно.
— Знать не знаю, ведать не ведаю! — упорно стояла на своем красавица молодуха.
— Слушай, дура ты этакая: если ты сознаешься откровенно, тебе по суду большое облегчение выйдет. Тебя совсем оправдать могут, потому что не ты убивала, а он, твой муж. Ты только взяла то, что он тебе дал. А если ты будешь запираться, тебя сочтут за сообщницу, и ты вместе с извергом своим пойдешь по Владимирке.
Только под самым Петербургом сдалась Варвара на увещевания страшного гостя — Путилина. Обливаясь слезами, она обещала все-все рассказать-поведать «судьям милостивым» и исполнить все то, что ей приказывает «добрый барин».
Наше беспокойство. Козни против Путилина. Второй пожар в охлопковском доме
— Приехал Путилин? — спросил я у даровитого помощника.
— Увы, дорогой доктор, Ивана Дмитриевича все еще нет, — ответил тот. — Я боюсь…
— Чего?
— Да мало ли что может с ним случиться? Хоть и орел он, да разве и орлы не погибают? Бог его знает, в какую он попал переделку. При его безумной храбрости он иногда рискует головой…
Помощник прошелся нервной походкой по кабинету своего знаменитого шефа. |