— Могу я узнать ваш план?

— Пока я не скажу вам ничего. Он еще не настолько созрел, чтобы можно было ясно изложить его. Вернитесь домой, господин герцог, и успокойтесь. Завтра я приду дать вам отчет о результате моих розысков, и, если вы спросите у меня совета, я постараюсь дать вам хороший.

Жорж не настаивал. Он ушел от Тефера, который посветил ему на лестнице, и, выйдя на улицу, велел Пьеру Лорио ехать на улицу По-де-Фер-Сен-Марсель.

Выйдя перед домом, где он жил под чужим именем, Жорж щедро расплатился и, вынув из кармана третий ключ, вернулся в свою квартиру.

— Черт возьми! — пробормотал дядя Этьена. — Он, однако, не скуп для человека, который живет на такой скверной улице и в таком старом домишке. Я не любопытен, но мне очень хотелось бы знать, зачем он разъезжает ночью по городу с ключами от всех дверей в кармане? Ну, да это его дело, не правда ли, Милорд? Ну, Милорд, трогай! Домой едем, старина!

Тефер не сомкнул глаз всю ночь. Он был вдвойне озабочен.

Как и герцог, он подозревал, что под именем мистрисс Дик-Торн скрывалась неуловимая Клодия Варни, но это еще необходимо было доказать.

Бывшая сообщница Жоржа де Латур-Водье могла быть опасна, надо было спешить ее обезвредить.

Тефер решил заняться ею, не теряя ни минуты.

Действовать против Берты Леруа казалось гораздо труднее, и дело было очень серьезно с двойной точки зрения: способа исполнения и результатов.

Полицейский взвешивал и обдумывал план, относительно которого он отказался дать объяснения герцогу.

В восьмом часу утра он ушел в префектуру, где служебные дела задержали его до десяти часов.

Затем он взял фиакр и поехал в английское посольство и там убедился, что предчувствия не обманули герцога: мистрисс Дик-Торн, вдова Фрэнсиса Виллиама Дик-Торна, — урожденная Клодия Варни.

Из посольства Тефер поспешил на улицу По-де-Фер-Сен-Марсель, чтобы сообщить герцогу о результатах своих поисков.

Жорж де Латур-Водье ждал с весьма понятным нетерпением.

— Ну что? — поспешно спросил он.

— Да, господин герцог, ваши предположения были основательны.

— Значит, мистрисс Дик-Торн…

— Клодия Варни.

Сенатор побледнел.

— Вы уверены? — спросил он после некоторого молчания.

— Да, тут не может быть никакого сомнения: я узнал это в английском посольстве.

— Так она в Париже! — глухо прошептал герцог, нервно вздрагивая.

— Не надо терять голову, — заметил полицейский, — лучше обдумаем положение, которое теперь обрисовалось. Неприятель перед нами и, как кажется, вызывает нас. Мы должны не только готовиться отразить его нападение, но и перейти в наступление, чтобы нанести удар первыми.

Сенатор, бледный, с блуждающими глазами, казалось, был уничтожен страшной вестью.

— У меня нет больше ни мужества, ни энергии… — прошептал герцог. — Эта женщина меня пугает.

— Э! Герцог, вас теперь все пугает! — возразил Тефер с плохо скрытой иронией. — Прежде чем приходить в отчаяние, узнайте, по крайней мере, какая опасность грозит вам.

— Я слишком хорошо это знаю!

— Вы можете ошибаться… Клодия Варни кажется мне гораздо менее сильной, чем вы думаете.

— Вы ее не знаете! Она способна на все!… Это гений зла!…

— Еще раз, господин герцог, прошу вас, обсудим наше положение, прежде чем бить тревогу. Клодия Варни сама не скрывает своей слабости… Для меня это очевидно из самого ее приглашения.

Жорж поднял голову.

— Как так? — спросил он.

— Это письмо подписано: мистрисс Дик-Торн, — продолжал полицейский, — потому что посылавшая его думала, что вы не примете приглашения Клодии Варни.