Крофт затаил дыхание, все его тело напряглось от желания. Ему хотелось поднять ее повыше, так, чтобы он мог войти в нее. Он уже довольно побыл безвольной жертвой. Это, конечно, был интересный эксперимент, однако теперь нетерпение охватило его. Его рука оказалась возле бедра Мерси, а пальцы уже проникали в теплую, манящую плоть.

— Убери от меня свои руки, — прошипела Мерси, закончив борьбу со своими джинсами.

— Мерси, что с тобой? Ты же хочешь меня, ты сама сказала это.

— Мне надоело, что ты всегда все держишь под контролем. Сегодня моя очередь. Ляг и заткнись.

Она взобралась на него, и Крофт снова позволил повалить себя на подушки. Она была рядом с ним, вся горевшая желанием. Ее пальцы ласкали его грудь, ее губы прикасались к его шее, ее мягкие бедра крепко сжимали его.

Он зашевелился и тяжело застонал, когда она опустилась на его возбужденный член. Он почувствовал жар ее женского тела, ощутил влажность. Крофт подумал, что сойдет с ума.

Она стала медленно подниматься, опираясь своими маленькими ручками о его грудь, словно хотела оттолкнуть и одновременно притянуть к себе. А затем она начала погружать его в свою бархатную глубину. Крофт услышал, как она резко, глубоко и нетерпеливо вздохнула, преодолевая сопротивление своего тела.

— Черт побери, — пробормотала она, извиваясь в отчаянной попытке справиться с его размером.

Она была маленькой, чувствительной и хрупкой. Неужели она не понимала, что в подобных делах ей вовсе не следует спешить? Крофту захотелось смеяться, однако ее сексуальное извивание, когда она пыталась ввести в себя его член, не привело его на вершину облегченного наслаждения. Его веселье прошло, ибо он сам почувствовал страстное желание схватить ее за бедра и войти в нее полностью. Он положил руки на бедра Мерси, не в состоянии устоять перед искушением взять на себя инициативу в занятии любовью. Теперь он безумно, дико желал обладать ею.

Она мгновенно отпихнула его руки. Крофт выругался, однако с удивлением обнаружил, что позволяет ей продолжать то, что она начала. Она, видно, не осознавала, насколько ранимой была, подумал он. Его мозг был затуманен первобытным желанием. Он мог запросто поднять ее тело своим. Ему необходимо было всего несколько секунд, чтобы положить конец этому акту женской агрессии. Она должна знать, что если он решит взять инициативу на себя, то ей не удастся остановить его.

Однако она, казалось, нисколько не боялась его, не чувствовала себя маленькой и беззащитной, не испытывала страха перед тем, что он восстанет против ее приказов и сам превратится в агрессора.

Крофт понимал, что это значит. В этом проявлялась вся степень ее доверия ему.

Затем его нетерпение и невыносимое ожидание поднялись до предела, когда, издав негромкий крик, Мерси погрузила его в себя.

— Милая Мерси. — Это были возглас удивления и одновременно нетерпеливое сопротивление этому нежному, женскому господству, глухой крик удовольствия. — Мерси…

Ее ногти впились в его плечи, когда она начала медленные ритмические движения, повергнувшие их обоих в дрожь. Крофт открыл рот, когда она наклонилась к нему, и нашел своими губами ее. Его язык проник внутрь, как бы повторяя происходящее чуть ниже слияние.

Крофт сжал ее в своих объятиях, ощущая ее жар, мягкий и манящий. Он почувствовал, что теперь и она теряет самоконтроль, ибо волна невыносимых ощущений сносила ее. Он знал, каково это было. Когда он занимался с ней любовью, для него это всегда заканчивалось подобным образом. В конечном счете не было ни победителей, ни проигравших, а только страстная связь и вздрагивающий экстаз, который они разделяли на двоих.

Мерси закричала, а ее зубы впились в мочку его уха, когда внутри нее освободился холодный поток.