Изменить размер шрифта - +
Мы не знаем, что произошло с вашим отцом. Почему бы вам не принять мое предложение хотя бы ради того, чтобы обрести опору и комфорт?

Однако Илис не могла принять его логику. Она воспринимала супружескую жизнь как нечто большее, чем просто союз, основанный на здравом смысле и практических соображениях.

— Максим, вы хорошо понимаете, чего хотите? — тихо спросила она. — А вдруг на вашем пути встретится другая женщина, которая понравится вам гораздо сильнее, чем я? — Она не обратила внимания на усмешку, скривившую его губы. — И у вас возникнет желание жениться на ней.

— Мадам, я никогда не встречал женщины… — помолчав, чтобы придать больше значимости своим словам, он наклонился и устремил на Илис пристальный взгляд, — которая раздражала бы меня сильнее, чем вы!

Илис, ожидавшая услышать от него возражения и заверения в том, как он хочет ее, несколько раз открывала и закрывала рот, пытаясь что-либо сказать. Наконец она обрела способность говорить и обиженно произнесла:

— Если я так вас раздражаю, милорд, зачем же утруждать себя и уговаривать меня выйти за вас?

— Потому что я никогда так страстно не желал женщину, как вас, — улыбнулся Максим.

Успокоенная его словами, Илис довольно долго молчала, прежде чем ответить:

— Ваше предложение явилось для меня неожиданностью.

Она говорила с нарочитым спокойствием, но вовсе не потому, что была неуверенна. Просто она чувствовала, что с ним надо быть осторожной. Ведь при его внешности он никогда не будет испытывать недостатка во внимании со стороны женщин, готовых на все ради того, чтобы заполучить его в свою постель — если не на длительный срок, то хотя бы на вечер или на час. И как она сможет уберечь его от соблазна? Она бы с радостью дала ему утвердительный ответ, если бы была уверена, что со временем он не увлечется другой и, следовательно, не посчитает их брак обузой.

— Прежде чем я дам вам ответ, мне нужно выяснить, что говорит мне мое сердце.

В зеленых глазах Максима отразилось разочарование.

— Как пожелаете, Илис, но… умоляю вас, будьте осторожны. Я теряю контроль над своими эмоциями, когда вижу, как он ухаживает за вами.

— Я буду осторожна, милорд, — пробормотала девушка, прекрасно понимая, что такое ревность.

Ощутив, что ей необходимо побыть на свежем воздухе и все обдумать, Илис потянулась за сапожками.

— Прошу извинить меня, милорд. Мне хотелось бы прогуляться.

— Снег слишком глубокий, — заметил Максим, выглянув в окно. — Вы можете испортить подол платья.

— Ничего не поделаешь, — ответила Илис, взяв в руки сапожки. Она уже давно испытывала сильное давление в области мочевого пузыря и чувствовала, что не дотерпит до конца путешествия. — Я ненадолго. Надеюсь, платье не очень пострадает.

Опустившись перед ней на колени, Максим забрал у нее сапожки.

— Сомневаюсь, что вашим ножкам будет в них тепло.

— Я не решилась надеть новые.

— Если вы все же хотите выйти, позвольте мне помочь вам, — попросил Максим.

— Будьте так любезны, милорд, — улыбнулась девушка.

Сняв туфельку, Максим положил ее обтянутую чулком ножку себе на колено и расшнуровал сапожок. Прикосновение к его телу наполнило душу Илис сладостным томлением, и хотя от Максима было мало пользы, его помощь позволила девушке взглянуть на него по-новому. Он боролся за жизнь и лицом к лицу встречался с противником, однако смог остаться добрым и великодушным. Его заботливость красноречивее слов говорила о том, что в течение последних недель они стали значительно ближе. Мелкие услуги, которые они оказывали друг другу, объединили их в союз, удобный и чрезвычайно приятный для обоих.

Быстрый переход