– Ты мне сейчас угрожать вздумала, киса? – Он попытался увильнуть от неловкого вопроса. – Например, довожу девчонок до дрожащих коленок прямо в туалете или заставляю всех вокруг мне кланяться, как богу, которому ты поклоняешься. Что конкретно тебя интересует?

Я проигнорировала его непристойности, хотя меня искренне удивило то, что Честер такими словами разбрасывается, будучи в отношениях с Кристиной.

А может, уже не в отношениях?

– Ладно, я сама пересяду, – сказала я твердо и встала, не желая больше разговаривать с этим омерзительным человеком.

Но он вдруг схватил меня за запястье. Снова.

В классе наступила тишина. На нас пялились с интересом, ожидая продолжения.

Я пришла в дикий ужас и раздражение, попыталась вырваться.

– Отпусти меня, – прошипела я зло. – Отпусти мою руку, пока я твою не сломала!

Честер хохотнул и встал. Он не был таким высоким, как Элиас, поэтому меня его рост совсем не пугал. Напрягала лишь сила его мышц, потому что он выглядел как человек, проводящий кучу времени в спортзале, – крупного телосложения, чем-то похожий на Дольфа Лундгрена[35].

– Как же страшно, – саркастично пропищал он, изображая женский голос. – Вот-вот описаюсь.

Его рука лишь сильнее сжала мое запястье.

Никто вокруг даже не подумал что-то сказать или помочь. Все просто сидели и наблюдали.

Смешно. А чего я ожидала? Думала, раз им понравились мои трюки на скейте или дерзкие высказывания в сторону Честера и Кристины, то я теперь самая популярная девчонка школы? Что теперь я стала своей? Что впредь буду одной из них?

Ужасно глупо было позволять таким надеждам проникнуть в голову.

– Честер, – процедила я. – Отпусти. Мою. Руку.

– Отпущу, но сперва…

Я совсем не ожидала того, что он сделает дальше.

Честер толкнул меня, и я упала на пол, больно ударившись локтем о край парты. Вокруг зашевелились подростки, но не для того, чтобы встать и прекратить происходящее. Они лишь удобнее устроились на стульях.

– Сперва я хочу и сам увидеть, и другим показать, что скрывается под этой одежкой.

Тело сжалось от ужасающего страха и давящей паники. Стало трудно дышать.

Честер прижал меня к полу и навис надо мной, точно туча.

– Ну что, ребята, кто хочет взглянуть на нашу мисс террористку без этих тряпок? Сейчас она предстанет перед вами моделью «Плейбой»[36]!

– Йу-ху-у, класс! – воодушевился Руф, сев ближе. – Давай, не тяни!

Я не могла поверить в происходящее. Не могла поверить, что меня и в самом деле прижимают к полу и собираются раздеть.

И речь не только о хиджабе.

Меня едва не затошнило от осознания реальности. Я была готова умереть на месте, лишь бы избежать всего этого.

Не может же быть…

Кто-то закрыл дверь, и этот звук отдался в голове глухим и болезненным эхом.

Когда рука Честера дотронулась до кожи на моих запястьях, а потом поползла к шее, я почувствовала себя самым грязным существом на свете. Впервые я ощутила свою беспомощность в полной мере.

Свою слабость, которую упорно скрывала.

Свою никчемность и неспособность за себя постоять.

Какой ужас.

Честер схватил мой хиджаб, а я укусила его за руку, потому что ничего лучше придумать не успела.

– Ай! Черт! – крикнул он, отдернув руку. Я успела заметить небольшой ожог у него на лице и вспомнила, как Элиас вылил на него кофе.

Элиас… Господи, как же я хочу его видеть. Прямо сейчас.

– Отпусти меня, иначе я откушу тебя палец, урод! – крикнула я, всерьез намереваясь исполнить свою угрозу, если понадобится.

– Да? – хохотнул Честер вновь.