И, разумеется, ударить этим «неожиданным» манёвром прямо в тыл орочьей армии, захватив их главную цитадель, бывшую гномью крепость, которую Хальдор пафосно именовал «Великой Шестиугольной Пирамидой Камма». Эта крепость, по его словам, захваченная орками в самом начале войны, давала им контроль над всеми туннелями средних горизонтов, и её возвращение должно было стать ключом к победе. И, вишенка на торте — вести это славное воинство к неминуемой победе будет он сам, Хальдор Второй Меднобород, собственной персоной!

«Охренеть картоха с салом, — пронеслось у меня в голове. — План уровня „пойдём и всех убьём“. Заброшенные туннели, о которых орки „якобы“ не знают? Серьёзно? Четыре года войны, орки захватили пять шестых территории, включая эту самую „Пирамиду“, которая, надо полагать, не в чистом поле стоит, а наоборот, в сердце гор и является узлом коммуникаций, и они, значит, не удосужились проверить все подходы к ней, особенно такие „секретные“? Да эти „тупые твари“ должны были там уже каждый камень обнюхать и по три ряда ловушек наставить. А „удар в тыл“ такой массой народу? Это ж какой длины кишка должна растянуться в этих узких туннелях? Идеальная мишень для засад. Шестиугольная Пирамида… Звучит, как финальный уровень в какой-нибудь стратегии, где сидит главный босс со всей своей армией. И мы туда полезем с парадного, то есть, с „секретного чёрного“ входа, надеясь на авось. Ну, и король во главе… Это, конечно, добавит эпичности происходящему. Особенно, когда его первым и пристукнут».

К моему удивлению, а точнее, к ожидаемому разочарованию, план короля вызвал бурный, почти экстатический восторг у большинства присутствующих гномьих командиров. Они вскакивали с мест, стучали кулаками по столу, выкрикивали здравицы в адрес «мудрейшего Хальдора» и клятвы «умыться орочьей кровью». Падкие на громкие слова, тщеславные донельзя, ослеплённые жаждой реванша и обещаниями лёгкой победы, они даже не пытались включить мозг и проанализировать услышанное.

Воррин сидел молча, сжав губы, и лишь покачал головой, встретившись со мной взглядом. В его глазах я прочёл то же самое, что творилось у меня в душе: «Это безумие!».

Я молчал. Какой смысл что-то говорить? Меня никто не спрашивал, да и слушать бы не стали. «Человек, что он может понимать в нашей, гномьей, войне?» — наверняка подумали бы эти бородатые вояки. Я лишь отметил про себя несколько ключевых моментов: полное отсутствие разведданных о противнике в этих «нижних туннелях», абсолютная уверенность в их непроходимости для орков и такая же абсолютная вера в собственную непобедимость.

Хорошее начало для эпического провала. Всё равно как послать танковый полк на минное поле.

После того, как восторги немного поутихли, и Хальдор, раскрасневшийся от удовольствия и самолюбования, милостиво позволил задавать «незначительные уточняющие вопросы», несколько наиболее осторожных (или наименее глупых) вождей попытались было что-то промямлить о возможных трудностях, о снабжении такой большой армии в узких туннелях, о необходимости хотя бы минимальной разведки… Но их тут же зашикали более ретивые «патриоты», а король отмахнулся от них, как от назойливых мух.

— Трудности? — горделиво прогремел он. — Какие могут быть трудности на пути к славе и отмщению? Гномы не боятся трудностей! Снабжение? Каждый возьмёт с собой достаточно провизии! А разведка… зачем нам разведка, если мы идём туда, где врага нет и быть не может? Мы сами будем для них разведкой! Внезапной и смертоносной!

«Ага, — скептически подумал я.