Здесь, в тени, звуки улицы звучали приглушённо, словно через слой ваты. Вонь гниющих отбросов и сырости ударила в нос, перебивая запах пыли. Хорошее место для убийства или деловых переговоров определённого толка.

Чужак в сером остановился и повернулся. Капюшон словно сам собой скользнул назад, открывая знакомое лицо с острыми чертами и глазами, в которых никогда не отражалось ничего, кроме расчёта.

Леголас.

Вот как он прошёл? Город в полуосадном положении. Кордоны на воротах. Почти никого не пускают, работает магическое сканирование. И всё же он здесь, стоит передо мной, как будто просто вышел за хлебом. Аномалия. Баг в моей системе безопасности. Или фича, которую я пока не могу контролировать.

Я прислонился спиной к влажной кирпичной кладке, чувствуя, как холод пробирает до костей. Ноздри раздувались, впитывая сырой воздух. Мне нужно было время, чтобы отдышаться, но я старался не показывать слабости.

— Надеюсь, — мой голос прозвучал хрипло, но твёрдо, — друг-эльф, ты принёс не только свою загадочную физиономию, но и хорошие новости. У меня на них сейчас большой спрос. А предложение на рынке, как видишь, ограничено.

Эльф не улыбнулся. Его лицо оставалось непроницаемой маской профессионала. Он окинул меня быстрым взглядом, и я понял, что он заметил всё: и бледность, и испарину, и дрожащие руки. Но он промолчал. За эту деликатность я был благодарен, меньше всего мне было нужны чужие комментарии. Фактически, это было частью нашего негласного договора: мы торгуем информацией и ресурсами, а не сочувствием.

Он молча полез за пазуху. Никаких резких движений. Он не хотел меня нервировать, хотя я знал, что эльф в состоянии двигаться так, что его движения будут еле различимы.

На свет появился туго свёрнутый свиток пергамента, перевязанный простым кожаным шнурком. В полумраке переулка этот кусок кожи выглядел незначительно. Но для меня он значит больше, чем любое письмо от короля Назира. Эльфы приносят мне пользу, я приношу пользу им. Каждый такой пергамент означал, что моя армия не будет нуждаться в деньгах. Он значил, что я могу не устанавливать налоги и поборы в захваченных городах, заморачиваясь с законным грабежом мирного населения — налогами. Мог щедро оплачивать подряды для местных, закупать зерно, мясо и овощи, а не отнимать их силой.

Я и Штатгаль были финансово независимы и довольно-таки богаты именно благодаря работе контрабандистов. Впрочем, это было выгодно обеим сторонам, ведь благодаря мне они зарабатывали целое состояние.

Откуда что берётся?

Ответ крылся в причине, по которой я когда-то познакомился с Фомиром.

Кмабирийские болота были не только братской могилой нескольких армий времён Второй магической войны, средоточием магически оживших скелетов и мощнейшего проклятия. Они являлись ещё и местом, где до сих пор находили артефакты прошлой эпохи, оружие и магические принадлежности. И если малочисленные искатели приключений лишь совершали хаотичные торопливые мародёрства… То я за несколько месяцев методичных боёв с нежитью и таких же тщательных раскопок, в которых применял бывшего карманника-вора Шота, ставшего магом, выкопал и тысячи артефактов, и десятки тысяч единиц оружия.

Это всё унесли, спрятали и понемногу продавали эльфы.

Эльфы были по сути ОПГ, они занимались контрабандой и не платили налоги, нарушали законы человеческих королевств. Эльфы -это результат. Итог месяцев скрытой работы, риска и сложнейших логистических схем, которые мы запустили ещё там, на границе моего болотного герцогства, до начала официального объявления войны.