Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +
Подождав, пока почтальон преодолеет ступеньки и исчезнет из виду, Том вытащил адресованное Джорджу Мак‑Алпину письмо из уголка, куда его запихнул почтальон. В конверте оказался чек на сто девятнадцать долларов и пятьдесят четыре цента, которые надлежало выплатить сборщику налогового управления. Славная миссис Эдит Сьюперо! Уплатила не пикнув, даже по телефону не позвонила. Это был добрый знак. Том поднялся к себе, разорвал конверт миссис Сьюперо и выбросил клочки в помойное ведро.

Том положил чек в конверт из оберточной бумаги, хранившийся во внутреннем кармане одной из его курток в стенном шкафу. У него уже собралось чеков на тысячу восемьсот шестьдесят три доллара и четырнадцать центов, сосчитал он в уме. Жаль, что нельзя получить по ним деньги. Хотя бы один идиот додумался прислать наличные или выписать чек на имя Джорджа Мак‑Алпина. Но до сих пор такого не случалось. У Тома было найденное где‑то удостоверение банковского посыльного, правда просроченное, но можно попробовать переправить дату. Однако он боялся, что попадется при получении денег по чекам, даже если подделает доверенность на нужную сумму. Стало быть, на самом деле все свелось не более чем к розыгрышу. Всего лишь к хорошей шутке. Он ни у кого не украл ни гроша. Перед отъездом в Европу надо будет уничтожить эти чеки.

В его списке было еще семь кандидатов. Не попробовать ли еще разок в те десять дней, что остались до отплытия? Возвращаясь вчера домой после встречи с мистером Гринлифом, Том подумал, что, если миссис Сьюперо и Карлос де Севилья пришлют доплату, он поставит на этом точку. Мистер де Севилья пока доплаты не прислал. Надо будет позвонить ему по телефону и нагнать страху. Миссис Сьюперо оказалась такой легкой добычей, что у Тома возникло искушение сделать еще одну, последнюю попытку.

Том вынул из шкафа свой чемодан, а из него – розовато‑лиловый почтовый набор. В коробке лежало несколько листков почтовой бумаги, а под ними множество бланков, которые он прихватил в налоговом управлении, где с месяц назад работал на складе. На самом дне хранился список кандидатов, тщательно подобранных людей, которые проживали в Бронксе или Бруклине и вряд ли потащились бы в налоговое управление лично, – художников, писателей и других лиц свободных профессий, не уплачивающих постоянно подоходного налога, зарабатывающих от семи до двенадцати тысяч долларов в год. Люди этой категории, рассчитывал Том, редко нанимают специалиста, который составил бы им налоговую декларацию. С другой стороны, они зарабатывают достаточно, чтобы их логично было обвинить в ошибке на две‑три сотни долларов при составлении декларации. В списке были: Уильям Дж. Слаттерер, журналист; Филип Робилард, музыкант; Фрида Хосн, книжный иллюстратор; Джозеф Дж. Геннари, фотограф; Фредерик Реддингтон, художник; Френсис Карнеги… Интуиция подсказала выбрать Реддингтона, рисовальщика комиксов. Небось не знает, на каком он свете.

Том выбрал два бланка, озаглавленные: «Уведомление об ошибке в расчете», заложил между ними копирку и стал быстро переписывать данные, содержащиеся в его списке под фамилией Реддингтон. Доход: 11 тысяч 250 долларов. Освобожден от налогообложения. Вычеты: 600 долларов. Кредит: ноль. Денежный перевод: ноль. Проценты (он на мгновение задумался): 2, 16 доллара. Итого к уплате: 233 тысячи 76 долларов. Затем Том вынул из папки, где у него хранилась копирка и бумага для пишущей машинки, лист со штампом налогового управления на Лексингтон‑авеню, перечеркнул адрес наискосок, а под ним напечатал:

 

«Уважаемый сэр!

В связи с перегрузкой нашей основной бухгалтерии на Лексингтон‑авеню просьба прислать ответ по адресу:

Отдел согласовании (корректировки)

Ответственному Джорджу Мак‑Алпину.

187 Е, Пятьдесят первая улица.

Нью‑Йорк 22, Нью‑Йорк.

Заранее благодарим.

Ральф Ф. Филлер, Ген. директор отдела корректировки».

 

Том подписал письмо неразборчивой закорючкой.

Быстрый переход
Мы в Instagram