— Гостям всегда рады! — сказал Джузеппе за всех. — А кто?

— Галка-сероглазка со своим мужем Доном Диего. Я им про вас рассказал. Хотят познакомиться.

И в эту минуту вдруг затрещал валежник и отвратительный голос завизжал:

— Эй, вы!

— Ханыга! — в один голос вскрикнули зайцы. Дятел, захлопав крыльями, взлетел на самую верхушку дерева и стал лихорадочно выстукивать телеграмму: «Всем! Всем! Ханыга!»

— Да, это я! — самодовольно взвизгнул Ханыга.

— Что тебе нужно? — храбро крикнул Тришка. — Мы тебя не звали!

— Ах, не звали? Так я вас зову! А ну, стройся по двое и за мной! Хозяева есть хотят!

— А не подавятся? — ехидно спросил Ерошка.

— Дерзить? Мне?! — Ханыга даже задохнулся от ярости.

— А ну, ребятки, посторонитесь, — раздался голос сзади. Старый Заяц стоял у пушки и наводил ее на Ханыгу. Тот, увидев это, подпрыгнул, крутнулся в воздухе и, злобно воя, ринулся напролом в кусты. Старый Заяц выстрелил. Ядро, с шумом проскочив сквозь листву, унеслось вслед Ханыге.

— Не попал! — сокрушенно сказал Старый Заяц. — Надо было раньше стрелять. Вот беда...

— Ну? — сказал Никита, и этим «ну» открылся Военный Совет.

Старый Заяц снял свою шляпу, расстелил ее на земле, начертил щепочкой несколько линий и кружков — шляпа стала картой.

— Вот здесь мы с вами, — показал Старый Заяц место на карте. — А вот здесь, в самой чащобе за Гнилыми болотами — Страшные Подземелья. Но Ханыга побежал вот сюда. Если он побежал к своим хозяевам, то зачем ему делать такой круг?

— Дедушка, — сказал Мурашка, — я думаю, что он просто перепугался и удрал куда глаза глядят!

Никита потянулся и мурлыкнул:

— М-да... Наверное... Старый Заяц почесал за ухом:

— Может, и так. А может, и так: чудовища где-то неподалеку, и Ханыга побежал к ним напрямик.

Ерошка вспрыгнул на пенек:

— Угадать мы не можем. Но если дедушка прав, то враги близко. Нужно готовиться к бою!

— Ерошка верно говорит, — согласился Джузеппе. А Ерошка продолжал:

— Если мы спрячемся в дупле, они нас не смогут оттуда достать. Нужно только, пока есть время, снарядов побольше запасти для пушки.

Хомячок первым бросился собирать шишки. Но запасти ничего больше не удалось. Кусты затрещали, послышался глухой тяжелый топот...

— Он! — подпрыгнул Заяц-барабанщик.

— Все в дом! — скомандовал генерал Ерошка. — Занять оборону!

Едва друзья успели спрятаться, как на поляне, принюхиваясь, появился Ханыга. А вслед за ним, ломая кусты и топоча, на поляну ворвались страшные-престрашные чудовища, волоча за собой скользкие, толщиной с дерево, хвосты.

— Ну, где они?! — заскрежетало зубами первое чудовище. — Я, Крысод, спрашиваю тебя, Ханыга!

— Где? Где? — поводя зубастыми мордами, зашипели остальные.

— Тут-тут! Где-то тут, Ваши величества! — подобострастно завилял хвостом Ханыга. — Найдем!

— Ну-ну, ищи! — велел Крысод, и все чудовища уселись на задние лапы.

И в эту минуту, катя перед собой шишку, появился хомячок, о котором в спешке все позабыли.

— Вот один! — завизжал Ханыга.

Крысод сгреб Тришку, подбросил его высоко в воздух, разинул пасть и — все...

Ерошка, вскрикнув, кинулся к пушке. Большущая шишка врезалась в пузо чудовища так, что оно загудело, как барабан. От страшного удара из пасти Крысода что-то вылетело и прямо у входа в дом шлепнулся... Тришка.

Не теряя ни мгновения, товарищи втащили спасенного хомячка в дом, и вовремя.