— Ты прав, Фэн Лао. Я погорячился, словно снова стал командиром тяжелой кавалерии. Дом Цуй наказал отступника сам и значит наказание не должно задевать почтенных предков.

Его синеватые ногти, похожие на стилусы для смертных приговоров, впились в черное дерево стола, оставляя царапины, из которых сочился едва уловимый дымок тления. Аура смерти, исходящая от него, сжалась в тугой, невидимый узел, готовый разорваться. Я стоял неподвижно, чувствуя, как мурашки бегут по спине. Гнев судьи мертвых — это не крик, это леденистое бешенство самой Вечности.

— Продолжай, сянвэй Лао, — его голос снова стал гладким, как лезвие ножа перед ударом. — Что произошло в этом трюме-склепе? Я хочу знать правду

— Лорд Лян, почуяв конец, не стал тратить слов, старший. Он поднял руку… и тени в углах трюма зашевелились новые твари. Мы были усталы и ранены, шансов справиться с ними, а потом захватить преступников живыми почти не было. Он бросил своих слуг на нас, как последний щит, явно намереваясь бежать или завершить какой-то ритуал с госпожой Цуй. Обстановка не оставляла выбора. Риск потерпеть поражение был слишком велик. Позволить ему активировать новые чары или ускользнуть — значило обречь на смерть еще больше душ и, возможно, дать ему время уничтожить следы или призвать еще более ужасных слуг. Памятуя о долге сянвэйши и необходимости сохранить возможность служить Призрачной Канцелярии далее… — я выпрямился, глядя прямо в его мутные, всевидящие глаза, — было принято решение исполнить приказ Управления Защиты от Живых досрочно. Лорд Лян был казнен на месте. Без доклада. Его источник силы — разорван, армия цзянши пала, как подрубленный лес.

Детализировать как я убил старого ублюдка я не стал. Сейчас самое главное отчитаться так, чтобы ко мне не было претензий. Да, основную задачу я выполнили и нарушитель мертв, а заказчик найден, но всегда есть но. С точки зрения, что имперской бюрократии, что призрачной зачастую важно не выполнение задачи, а то как ты это задачу выполнил.

Судья молчал. Его длинные пальцы барабанили по столу, издавая звук, похожий на стук костяных палочек по гробовой крышке. Казалось, он взвешивал каждое мое слово, сверяя с невидимыми записями духа-писца.

— Решение… суровое, — наконец произнес он, — но в рамках твоих полномочий и обстоятельств дела. Казнь без доклада разрешена для имен из Книги Проклятых и тех, кто бесчинствует с силой Изнанки. Этот лорд Лян подпадал под оба пункта. Его конец восстановил часть нарушенного порядка. — Он кивнул, и это было высшей оценкой. — А заказчица? Цуй Хуэцин?

— Убита Цуй Ксу, старший, — ответил я. — Я не стал препятствовать, так как Ксу была в своем праве и дело касалось внутренней распри дома Изумрудного Кедра. Госпожа Ксу планирует устроить ей прощальное погребение и после него душа Хуэцин будет в распоряжении Призрачной канцелярии.

На лице судьи мелькнуло нечто, отдаленно напоминающее удовлетворение хищника.

— Хорошо. Как только она попадет в руки Призрачной Канцелярии она будет осуждена по всей строгости закона. Но это дело еще не закрыто, сян вэй Лао. — Он поднял палец с острым ногтем и указал на меня. — Ты упомянул, что на гребне ты видел две руки и вторая женская. Что еще узнал? Изнанка оставляет следы не только крови, но и знаний.

Я внутренне напрягся. Вот он, момент истины, сейчас главное все праавильно подать.

— Вы как всегда правы, старший. Среди записей Ляна, я обнаружил зашифрованные трактаты. Уверен, что они связаны с некромантией. А так же письмо, в котором упоминается ученица. Личность не установлена, лишь намеки, обрывки. Но контекст интересен. Судя по всему она не просто ассистент. Она изучала, перенимала именно запретные практики.