– Прощайте, товарищ Семен.

Она повернулась и почти побежала от него прочь.

Ей казалось, что теперь их дороги с доктором Симоном разойдутся окончательно, но вышло иначе.

Ответный ход

В это время известие о смерти того, кого милиционеры называли Щелкуном, дошло до Москвы.

Весть принес один из тех, кто отправился в Ленинград вместе с Юрием.

В небольшой квартире на Пироговке его проводили в кабинет к хозяину. Еще не старый, но уже лысеющий полноватый человек как раз пил чай с бубликом. Не поднимаясь навстречу, он недовольно взглянул на пришедшего.

– Ну, чего жмешься, Комар?

Комар хотел поздороваться, да язык прилип к гортани.

Его понурый вид насторожил хозяина квартиры.

– Случилось, что ли, чего? Набедокурили в Ленинграде? – отложив недоеденный бублик, произнес он и сплюнул на пол чаинку. – Так и знал, что нельзя вас, дураков, без присмотра оставлять. Ну говори, чего мнешься? Раз Юрка сам явиться не осмелился, значит, его вина.

Комар отступил на шаг назад и наконец выговорил:

– Убили Юрия.

Несколько мгновений в комнате висела тишина, а потом хозяин сдавленно переспросил:

– Что?

– Убили, говорю, Юрия.

Сидящий за столом медленно поднес ко рту стакан, отпил и отставил его.

Глоток прозвучал неожиданно громко. Комар поежился.

– Знаешь, как все было?

Тот кивнул.

– Рассказывай.

– Дело мы сделали чисто. Разошлись по хатам. Собирались чуть отсидеться – и до дому. Все случилось через два дня, на ипподроме. Нет, раньше. В ресторане вечером к ним какой-то мужик прицепился, оказалось – мент.

– Кто с ним был?

– Вован и Мишака.

– Они где?

– Вована там же, на ипподроме, застрелили, а Мишака не вернулся еще. Отсиживается в Гатчине. Ждет, когда утихнет все.

– Что в ресторане? Драка?

– Да, но Юрий сумел уйти, а наши его не сдали. В милиции допытываться сильно не стали, отпустили. Они решили, что все закончилось. Пошли на бега, а там этот мусор признал его и взять хотел.

– За драку в кабаке? Что ты городишь? Или там что-то еще было?

– Ничего, клянусь. Поцапались с мусором этим, а потом наши ему врезали. Говорю же: Юрия там не было. Он раньше смылся. До драки.

Хозяин, тяжело дыша, смотрел на стоявшего перед ним мужичка.

– Что-то тут не так. Ты с чьих слов говоришь? Мишакиных?

Комар кивнул.

– Найти его и ко мне.

– Слушаюсь.

– Что дальше было?

– Юрий мусора ножом ткнул, но тут подбежал второй. Вована наповал уложил и Юрия скрутил.

– Мишака, значит, сам видел, как скрутили и увезли?

– Он записку передал с мальцом из наших.

– Где записка?

– Так спалил. Неужто с собой таскать?

– Юрия арестовали, а затем пристрелили? Так не бывает.

– Ребята местные передали: он на побег решился, когда в сберкассу привезли. Одна баба… следачка… говорят, всю обойму в него всадила.

– Баба?

– Ну да. Она его допрашивала и на место с ним поехала.

– Баба, – повторил хозяин и надолго замолчал.

Комар переминался с ноги на ногу и не знал, можно ему уже отчалить или надо разрешения подождать. Ни на что не решившись, он стал разглядывать забавную картинку на стене. Сидят за столом собаки и в карты режутся.

«Нарисуют же такое», – подумал Комар и усмехнулся, забывшись. Потом кашлянул и покосился на хозяина. Хорошо, что тот ничего не заметил.

Сидящий за столом человек думал свою тяжелую думу. Как могло такое случиться? Кто виноват?

Наконец он поднял глаза на Комара и взмахом руки отпустил его.