Выходит, это и есть нормальная человеческая жизнь?

Астрид приподнялась на локте.

— Скажи-ка, когда ты в последний раз ел сахарную вату?

Он нахмурился — неожиданный вопрос поставил его в тупик.

— А что такое сахарная вата?

Астрид изумленно уставилась на него.

— Ты не знаешь, что такое сахарная вата?

Он покачал головой.

Улыбнувшись, она вскочила и потянула его за руку.

— Пошли к людям!

Да она совсем с ума сошла!

— К каким людям? Здесь же никого нет!

— Да есть, конечно, — вон за теми скалами!

Зарек взглянул в ту сторону, куда указывала Астрид, и увидел заполненный людьми дощатый пирс, которого не было здесь еще минуту назад.

Странно. Очень странно. Почему она управляет его сном? Он подозрительно взглянул на нее:

— Кто ты? Быть может, ты — скотос, демон — похититель снов, принявший облик Астрид?

— Конечно, нет, — с улыбкой ответила она. — Я не хочу ничего у тебя похищать, Зарек. Наоборот — хочу кое-что тебе подарить. Подарить прекрасное воспоминание.

— Но зачем?

Астрид вздохнула, вглядываясь в его лицо. Никогда в жизни Зарек не сталкивался с бескорыстной добротой. Как можно радовать другого просто ради того, чтобы увидеть его улыбку, — выше его понимания.

— Потому что ты это заслужил.

— Чем? Я ничего не сделал.

— Просто тем, что живешь на свете, — отчеканила она, надеясь, что он наконец поймет. — Ты есть, Зарек, значит, ты имеешь право быть счастливым.

Недоверие, отразившееся в его глазах, наполнило ее душу состраданием. Твердо решив его развеселить, она «соткала» себе из воздуха голубой топик и белые шорты, а ему — футболку и черные джинсы.

А затем повела его в гущу призрачной толпы.

Зарек молчал, пока они поднимались по деревянным ступенькам на пирс. Близость других людей явно его напрягала. Астрид чувствовала: еще немного — и он взорвется.

— Все хорошо, Зарек, — шепнула она.

Он проводил злобным взглядом какого-то отдыхающего, который, проходя мимо, задел его плечом.

— Терпеть не могу, когда меня трогают!

Однако рука Астрид лежала в его руке, и он этого как будто не замечал.

Одна мысль об этом наполнила ее сердце теплом.

Улыбаясь самой себе, Астрид подвела его к киоску, где пожилая дама продавала хот-доги и сахарную вату. Здесь она купила самую большую порцию и, зачерпнув рукой, протянула ему пригоршню сладкой розовой массы.

— Попробуй. Сейчас узнаешь, какова на вкус амброзия!

Зарек потянулся за ватой, но она отвела руку:

— Нет, я хочу сама тебя угостить!

В его глазах полыхнула ярость.

— Я не животное, чтобы есть с руки!

При этих словах улыбка стерлась с ее лица и хорошее настроение мгновенно улетучилось.

— Нет, Зарек! Конечно, ты не животное! Ты — мой мужчина, и я хочу о тебе позаботиться.

Зарек застыл как вкопанный, вглядываясь в ее лицо. Лицо, на котором читались искренность и любовь.

Позаботиться о нем?

Часть его сердца гневно отвергала саму мысль об этом, но странно затрепетала другая часть, незнакомая и пугающая.

Одинокая.

Изголодавшаяся по чужой заботе.

Та часть, которую он давным-давно запер на семь замков и постарался забыть о ее существовании.

Беги, пока не поздно!

Но Зарек остался.

Заставил себя наклониться и приоткрыть рот.

Астрид улыбнулась — от этой нежной улыбки у него словно что-то запылало внутри — и положила ему в рот сладкую сахарную массу, а затем вытерла руку о его щеку.