Внезапно — так стремительно, что никто и моргнуть не успел, — Танат выбросил вперед обе руки. Молния, сверкнувшая из его ладоней, опрокинула наземь всех Оруженосцев. Двенадцать крепких мужчин рухнули как подкошенные и остались лежать недвижимо.

Танат взирал на дело своих рук с нескрываемым наслаждением.

— Что ж, теперь я, пожалуй, убью Охотников и дам моим людям насытиться Оруженосцами… или, может быть, сначала поговорим?

— Нет, если хотите драться, пожалуйста, давайте подеремся. Только не забывайте, что с каждой секундой вы становитесь все слабее.

— О чем нам говорить? — спросил Джесс, придвигаясь поближе к Сайре. Пусть она способна сама за себя постоять; он с детства приучен к мысли, что долг мужчины — защищать женщину.

— О Зареке, — процедил Танат сквозь стиснутые зубы. — Где он?

— Мы не знаем, — ответила Сайра.

— Неверный ответ.

Один из Оруженосцев — Джессу он был незнаком — испустил страшный вопль. С ужасом Джесс следил за тем, как рука бедняги сама собой изогнулась под неестественным углом, а затем звучно хрустнула.

Madre de Dios! Никогда он не видел ничего подобного!

Бьерн бросился в атаку.

Танат без труда опрокинул его наземь. Разорвал на нем рубашку, обнажил клеймо Артемиды — лук и стрелу, вытатуированные на плече.

В это клеймо Танат ударил Бьерна сверкающим кинжалом с резной золотой рукоятью.

В тот же миг Бьерн рассыпался в пыль — так же, как исчезают без следа убитые даймоны.

Двое Охотников застыли на месте.

Джесс задыхался от ужаса и ярости. Как легко эта тварь разделалась с его товарищем! Как и все его братья, он привык думать, что убить Охотника можно лишь тремя способами — обезглавливанием, расчленением или смертоносным солнечным светом.

Но, как видно, еще об одном способе Ашерон умолчал.

Проклятье! Какого черта наставник их не предупредил?

Но об этом Джессу сейчас некогда задумываться. Ему нужно защитить невинных; а сражаться с Танатом, пока рядом Сайра, — все равно, что драться со связанными руками, когда противник дерется в полную силу.

— Хочешь добраться до Зарека? — спросил он.

Танат медленно поднялся на ноги.

— Для этого я и пришел.

Джесс тряхнул головой, отгоняя страх, гнев и скорбь. Он совсем не знал Бьерна, но все же успел понять, что перед ним доблестный воин, достойный член Темного братства. Чертовски тяжело терять товарища — особенно когда он гибнет у тебя на глазах.

Но Бьерна он оплачет позже; сейчас надо спасти Оруженосцев.

Бросив быстрый взгляд на Сайру, Джесс передал ей телепатическое послание: «Спаси Оруженосцев. А я уведу этого ублюдка подальше».

А вслух сказал:

— Если так — следуй за мной, и получишь то, что хочешь. Зарек будет рад с тобой встретиться — он обожает хорошую драку!

И Джесс побежал к своему «Бронко».

Зарек, обнаженный, лежал на песке; рядом с ним свернулась клубочком Астрид. Он не помнил, сколько раз за последние несколько часов они занимались любовью, и подозревал, что, когда проснется, у него будет ныть все тело.

Не может быть, чтобы такие акробатические упражнения не оставили по себе никакого следа… даже если все это было во сне.

Он устал — устал настолько, что, кажется, не мог больше пошевелить ни рукой, ни ногой. Однако в его сердце царил мир — такого чувства он никогда раньше не испытывал.